StudyEnglishWords

4#

Преступление и наказание, Часть шестая, Эпилог. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Преступление и наказание, Часть шестая, Эпилог". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 555 книг и 1797 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 3 из 120  ←предыдущая следующая→ ...

They had come for the requiem service.
Они шли служить панихиду.
By Svidrigailov's orders it was sung twice a day punctually.
По распоряжению Свидригайлова, панихиды служились два раза в день, аккуратно.
Svidrigailov went his way.
Свидригайлов пошел своею дорогой.
Raskolnikov stood still a moment, thought, and followed the priest into Sonia's room.
Раскольников постоял, подумал и вошел вслед за священником в квартиру Сони.
He stood at the door.
Он стал в дверях.
They began quietly, slowly and mournfully singing the service.
Начиналась служба, тихо, чинно, грустно.
From his childhood the thought of death and the presence of death had something oppressive and mysteriously awful; and it was long since he had heard the requiem service.
В сознании о смерти и в ощущении присутствия смерти всегда для него было что-то тяжелое и мистически ужасное, с самого детства; да и давно уже он не слыхал панихиды.
And there was something else here as well, too awful and disturbing.
Да и было еще тут что-то другое, слишком ужасное и беспокойное.
He looked at the children: they were all kneeling by the coffin; Polenka was weeping.
Он смотрел на детей: все они стояли у гроба, на коленях, Полечка плакала.
Behind them Sonia prayed, softly and, as it were, timidly weeping.
Сзади них, тихо и как бы робко плача, молилась Соня.
"These last two days she hasn't said a word to me, she hasn't glanced at me," Raskolnikov thought suddenly.
"А ведь она в эти дни ни разу на меня не взглянула и слова мне не сказала", - подумалось вдруг Раскольникову.
The sunlight was bright in the room; the incense rose in clouds; the priest read,
Солнце ярко освещало комнату; кадильный дым восходил клубами; священник читал
"Give rest, oh Lord...."
"Упокой, господи".
Raskolnikov stayed all through the service.
Раскольников отстоял всю службу.
As he blessed them and took his leave, the priest looked round strangely.
Благословляя и прощаясь, священник как-то странно осматривался.
After the service, Raskolnikov went up to Sonia.
После службы Раскольников подошел к Соне.
She took both his hands and let her head sink on his shoulder.
Та вдруг взяла его за обе руки и преклонила к его плечу голову.
This slight friendly gesture bewildered Raskolnikov.
It seemed strange to him that there was no trace of repugnance, no trace of disgust, no tremor in her hand.
Этот короткий жест даже поразил Раскольникова недоумением; даже странно было: как? ни малейшего отвращения, ни малейшего омерзения к нему, ни малейшего содрогания в ее руке!
It was the furthest limit of self-abnegation, at least so he interpreted it.
Это уж была какая-то бесконечность собственного уничижения.
Так, по крайней мере, он это понял.
Sonia said nothing.
Соня ничего не говорила.
Raskolnikov pressed her hand and went out.
Раскольников пожал ей руку и вышел.
He felt very miserable.
Ему стало ужасно тяжело.
If it had been possible to escape to some solitude, he would have thought himself lucky, even if he had to spend his whole life there.
Если б возможно было уйти куда-нибудь в эту минуту и остаться совсем одному, хотя бы на всю жизнь, то он почел бы себя счастливым.
But although he had almost always been by himself of late, he had never been able to feel alone.
Но дело в том, что он в последнее время, хоть и всегда почти был один, никак не мог почувствовать, что он один.
Sometimes he walked out of the town on to the high road, once he had even reached a little wood, but the lonelier the place was, the more he seemed to be aware of an uneasy presence near him.
It did not frighten him, but greatly annoyed him, so that he made haste to return to the town, to mingle with the crowd, to enter restaurants and taverns, to walk in busy thoroughfares.
Случалось ему уходить за город, выходить на большую дорогу, даже раз он вышел в какую-то рощу; но чем уединеннее было место, тем сильнее он сознавал как будто чье-то близкое и тревожное присутствие, не то чтобы страшное, а как-то уж очень досаждающее, так что поскорее возвращался в город, смешивался с толпой, входил в трактиры, в распивочные, шел на Толкучий, на Сенную.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1