5#

Мертвые души. Поэма.. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Мертвые души. Поэма.". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 742 книги и 2137 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 64 из 236  ←предыдущая следующая→ ...

Ascending the narrow wooden staircase to the upper floor, and arriving upon a broad landing, Chichikov found himself confronted with a creaking door and a stout old woman in a striped print gown.
Взобравшись узенькою деревянною лестницею наверх, в широкие сени, он встретил отворившуюся со скрипом дверь и вместе с нею исходивший свет и толстую старуху в пестрых ситцах, проговорившую:
“This way, if you please,” she said.
"Сюда пожалуйте!"
Within the apartment designated Chichikov encountered the old friends which one invariably finds in such roadside hostelries — to wit, a heavy samovar, four smooth, bescratched walls of white pine, a three-cornered press with cups and teapots, egg-cups of gilded china standing in front of ikons suspended by blue and red ribands, a cat lately delivered of a family, a mirror which gives one four eyes instead of two and a pancake for a face, and, beside the ikons, some bunches of herbs and carnations of such faded dustiness that, should one attempt to smell them, one is bound to burst out sneezing.
В комнате попались всё старые приятели, попадающиеся всякому в небольших деревянных трактирах, каких немало повыстроено по дорогам, а именно: заиндевевший самовар, выскобленные гладко сосновые стены, трехугольный шкаф с чайниками и чашками в углу, фарфоровые вызолоченные яички пред образами, висевшие на голубых и красных ленточках, окотившаяся недавно кошка, зеркало, показывавшее вместо двух четыре глаза, а вместо лица какую-то лепешку; наконец натыканные пучками душистые травы и гвоздики у образов, высохшие до такой степени, что желавший понюхать их только чихал и больше ничего.
“Have you a sucking-pig?”
Chichikov inquired of the landlady as she stood expectantly before him.
"Поросенок есть?" с таким вопросом обратился Чичиков к стоявшей бабе.
“Yes.”
"Есть".
“And some horse-radish and sour cream?”
"С хреном и со сметаною?"
“Yes.”
"С хреном и со сметаною".
“Then serve them.”
"Давай его сюда!"
The landlady departed for the purpose, and returned with a plate, a napkin (the latter starched to the consistency of dried bark), a knife with a bone handle beginning to turn yellow, a two-pronged fork as thin as a wafer, and a salt-cellar incapable of being made to stand upright.
Старуха пошла копаться и принесла тарелку, салфетку, накрахмаленную до того, что дыбилась, как засохшая кора, потом нож с пожелтевшею костяною колодочкою, тоненький, как перочинный, двузубую вилку и солонку, которую никак нельзя было поставить прямо на стол.
Following the accepted custom, our hero entered into conversation with the woman, and inquired whether she herself or a landlord kept the tavern; how much income the tavern brought in; whether her sons lived with her; whether the oldest was a bachelor or married; whom the eldest had taken to wife; whether the dowry had been large; whether the father-in-law had been satisfied, and whether the said father-in-law had not complained of receiving too small a present at the wedding.
In short, Chichikov touched on every conceivable point.
Герой наш по обыкновению сейчас вступил с нею в разговор и расспросил, сама ли она держит трактир или есть хозяин, и сколько дает доходу трактир, и с ними ли живут сыновья, и что старший сын -- холостой или женатый человек, и какую взял жену, с большим ли приданым или нет, и доволен ли был тесть, и не сердился ли, что мало подарков получил на свадьбе; словом, не пропустил ничего.
Likewise (of course) he displayed some curiosity as to the landowners of the neighbourhood.
Their names, he ascertained, were Blochin, Potchitaev, Minoi, Cheprakov, and Sobakevitch.
Само собою разумеется, что полюбопытствовал узнать, какие в окружности находятся у них помещики, и узнал, что всякие есть помещики: Блохин, Почитаев, Мыльной, Чепраков полковник, Собакевич.
“Then you are acquainted with Sobakevitch?” he said; whereupon the old woman informed him that she knew not only Sobakevitch, but also Manilov, and that the latter was the more delicate eater of the two, since, whereas Manilov always ordered a roast fowl and some veal and mutton, and then tasted merely a morsel of each, Sobakevitch would order one dish only, but consume the whole of it, and then demand more at the same price.
"А!
Собакевича знаешь?" спросил он и тут же услышал, что старуха знает не только Собакевича, но и Манилова, и что Манилов будет повеликатней Собакевича: велит тотчас сварить курицу, спросит и телятинки; коли есть баранья печенка, то и бараньей печенки спросит, и всего только что попробует, а Собакевич одного чего- нибудь спросит, да уж зато всё съест, даже и подбавки потребует за ту же цену.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1