7#

Всадник без головы. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Всадник без головы". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 660 книг и 1899 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 387 из 617  ←предыдущая следующая→ ...

Saint Pathrick forgive me!”
Святой Патрик, прости меня, грешника!
“Saint Patrick be durned!
-- К черту твоего Святого Патрика!
Kum along!”
Идем!
Phelim made no farther remonstrance; but, striking into the tracks of the backwoodsman, followed him through the wood.
Фелим больше не спорил и покорно отправился за охотником в лес.
Isidora entered the hut; advanced towards the invalid reclining upon his couch; with fierce fondness kissed his fevered brow, fonder and fiercer kissed his unconscious lips; and then recoiled from them, as if she had been stung by a scorpion!
Исидора вошла в хижину и наклонилась над постелью больного.
Страстными поцелуями покрыла она его горячий лоб и запекшиеся губы.
Worse than scorpion’s sting was that which had caused her to spring back.
И вдруг отшатнулась, точно ужаленная скорпионом.
And yet ’twas but a word—a little word—of only two syllables!
То, что заставило ее отшатнуться, было хуже, чем яд скорпиона.
There was nothing strange in this.
Oft, on one word—that soft short syllabic
Это было всего лишь одно слово -- одно коротенькое слово.
Стоит ли этому удивляться!
“Yes”—rests the happiness of a life; while oft, too oft, the harsher negative is the prelude to a world of war!
Как часто от короткого слова "да" зависит счастье всей жизни!
И часто, слишком часто, такое же короткое "нет" влечет за собой страшное горе.
Chapter Fifty Nine.
Another who cannot rest.
Глава LIX. ВСТРЕЧА В ХАКАЛЕ
A dark day for Louise Poindexter—perhaps the darkest in the calendar of her life—was that in which she released Don Miguel Diaz from the lazo.
День, когда Луиза Пойндекстер освободила Мигуэля Диаса, был для нее мрачным днем -- вероятно, самым мрачным во всей ее жизни.
Sorrow for a brother’s loss, with fears for a lover’s safety, were yesterday commingled in the cup.
Накануне печаль о потерянном брате сливалась с тревогой о любимом.
To-day it was further embittered by the blackest passion of all—jealousy.
Но теперь это горе усугубилось черной ревностью.
Grief—fear—jealousy—what must be the state of the soul in which these emotions are co-existent?
A tumult of terrible imaginings.
Горе, страх, ревность -- не слишком ли это много для одного сердца?
So was it in the bosom of Louise Poindexter after deciphering the epistle which contained written evidence of her lover’s disloyalty.
Вот что испытывала Луиза Пойндекстер, прочтя письмо, содержавшее доказательства измены ее возлюбленного.
True, the writing came not from him; nor was the proof conclusive.
Правда, письмо было написано не им, и доказательства нельзя было считать прямыми.
But in the first burst of her frenzied rage, the young Creole did not reason thus.
Однако в порыве гнева молодая креолка об этом сначала не подумала.
In the wording of the letter there was strong presumption, that the relationship between Maurice Gerald and the Mexican was of a more affectionate character than he had represented it to be—that he had, in fact, been practising a deception.
Судя по письму, отношения между Морисом Джеральдом и мексиканкой были более нежными, чем он говорил.
Значит, Морис обманывал ее.
Why should that woman write to him in such free strain—giving bold, almost unfeminine, licence to her admiration of his eyes:
“Essos ojos tan lindos y tan espresivos?”
Иначе зачем бы эта женщина стала с такой дерзкой откровенностью писать о своих чувствах, о его "красивых, выразительных глазах"?
скачать в HTML/PDF
share
основано на 3 оценках: 5 из 5 1