StudyEnglishWords

5#

Стоик. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Стоик". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 389 книг и 1726 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 274 из 366  ←предыдущая следующая→ ...

And to climax all for Stane, as she approached she looked and smiled at him in such a way that all he could say was:
Подойдя к Стэйну, она подарила его таким взглядом и такой улыбкой, что у него невольно вырвалось:
“Berenice!
— Беренис!
Beautiful: You are a dream of loveliness!”—a greeting which Cowperwood, stopping to exchange a few words with one of his most important stockholders, failed to catch.
Волшебница!
Вы обворожительны!
Это приветствие не достигло слуха Каупервуда, который как раз здоровался с одним из своих самых крупных акционеров.
“I must have the second dance,” said Stane, holding her hand for a moment.
— Вы должны отдать мне второй танец, — сказал Стэйн, задержав на минуту руку Беренис.
And she graciously nodded her head.
Она грациозно кивнула.
After greeting Berenice, he welcomed Cowperwood, his honored guest, in most cordial manner, detaining him long enough for the numerous officials of the Underground and their wives to greet him.
Поздоровавшись с Беренис, Стэйн чрезвычайно тепло приветствовал своего почетного гостя — Каупервуда; они разговаривали так долго, что Стэйн успел представить ему многих высших служащих метрополитена и их жен.
It was not long before supper was announced, and the guests, entering and seating themselves, were indulging in conversation and sipping wines of rare vintage, plus a special brand of champagne which Stane was satisfied would please the most exacting taste.
Вскоре объявили, что ужин подан; за столом завязался оживленный разговор, гости отдавали должное редкостным винам и шампанскому особой марки, которое, — в этом Стэйн не сомневался, — удовлетворит самого требовательного ценителя.
Laughter and the murmur of conversation increased in volume, pleasingly modified by the soft notes of the music floating in from the adjoining chamber.
Смех, веселые разговоры, остроты слышались со всех сторон, к ним примешивались мягкие звуки музыки, доносившиеся из соседней комнаты.
Berenice found herself seated near the head of the table, with Lord Stane on one side and the Earl of Bracken on the other, the latter a rather attractive young man, who, long before the end of the third course, was urging her to be charitable enough to save for him at the least the third or fourth dance.
Беренис оказалась почти во главе стола: по одну ее руку сидел лорд Стэйн, по другую — граф Бреккен, весьма приятный молодой человек, который еще задолго до окончания ужина стал умолять ее сжалиться и оставить для него хотя бы третий или четвертый танец.
But while she was both interested and flattered, her eyes were constantly following the motions of Cowperwood, who, at the other end of the table, was indulging in lively conversation with an exceedingly attractive brunette on one side while obviously not neglecting a very engaging beauty on the other.
Но хотя такое внимание было ей и приятно и лестно, взгляд ее снова и снова возвращался к Каупервуду; она следила за каждым его движением, а он, на другом конце стола, оживленно болтал с удивительно красивой брюнеткой, своей соседкой слева, не забывая, однако, и о соседке справа — не менее обворожительной красавице.
She was pleased to find him relaxed and entertained, since for some time she had not seen him so.
Беренис радовалась, что он отдыхает и веселится, — она уже давно не видела его таким.
However, the dining being of considerable duration, and the supply of champagne unlimited, she harbored some fear as to Cowperwood.
Ужин затягивался, шампанское лилось рекой, и Беренис начала опасаться за Каупервуда.
His gestures and conversation, she noted, were becoming more and more enthusiastic, obviously because of the champagne, and this troubled her.
Его речь и жесты под действием шампанского становились все более порывистыми, и это беспокоило ее.
And when, finally, Lord Stane made the announcement that all who wished to dance could now adjourn to the ballroom, and Cowperwood came over to claim her for a dance, she was still further troubled by his elated manner.
Когда же лорд Стэйн пригласил всех желающих пройти в зал для танцев и Каупервуд, возбужденный и красный, подошел к Беренис, она совсем встревожилась.
скачать в HTML/PDF
share