StudyEnglishWords

5#

Двадцать тысяч лье под водой. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Двадцать тысяч лье под водой". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 526 книг и 1762 познавательных видеоролика в бесплатном доступе.

страница 74 из 251  ←предыдущая следующая→ ...

After some minutes, a loud hissing was heard. I felt the cold mount from my feet to my chest. Evidently from some part of the vessel they had, by means of a tap, given entrance to the water, which was invading us, and with which the room was soon filled. A second door cut in the side of the Nautilus then opened. We saw a faint light. In another instant our feet trod the bottom of the sea.
Спустя несколько минут до моего слуха донесся пронзительный свист, и я почувствовал пронизывающий холод снизу. Видимо, в машинном отделении открыли кран и в кабину впустили воду. Как только вода заполнила все помещение, отворилась вторая дверь в самом борту "Наутилуса". Снаружи стоял полумрак. Минуту спустя мы нащупали ногами морское дно.
And now, how can I retrace the impression left upon me by that walk under the waters? Words are impotent to relate such wonders! Captain Nemo walked in front, his companion followed some steps behind. Conseil and I remained near each other, as if an exchange of words had been possible through our metallic cases. I no longer felt the weight of my clothing, or of my shoes, of my reservoir of air, or my thick helmet, in the midst of which my head rattled like an almond in its shell.
Как описать впечатления этой подводной прогулки? Слова бессильны воссоздать чудеса океанических глубин. Если кисть живописца не в состоянии передать всю прелесть водной стихии, как же изобразить это пером?
Капитан Немо шел впереди, его товарищ следовал за нами на расстоянии нескольких шагов. Я и Консель держались рядом, как будто можно было перекинуться словом в наших металлических шлемах! Я уже не чувствовал тяжести скафандра, сапог, резервуара со сжатым воздухом, металлического шлема, в котором моя голова болталась, как миндаль в скорлупе! Все эти предметы, погруженные в воду, теряли в весе ровно столько, сколько и вытесненная ими вода. Я готов был благословлять этот физический закон, открытый Архимедом. Благодаря ему я не был более инертной массой: я обрел относительную подвижность.
The light, which lit the soil thirty feet below the surface of the ocean, astonished me by its power. The solar rays shone through the watery mass easily, and dissipated all colour, and I clearly distinguished objects at a distance of a hundred and fifty yards. Beyond that the tints darkened into fine gradations of ultramarine, and faded into vague obscurity. Truly this water which surrounded me was but another air denser than the terrestrial atmosphere, but almost as transparent. Above me was the calm surface of the sea. We were walking on fine, even sand, not wrinkled, as on a flat shore, which retains the impression of the billows. This dazzling carpet, really a reflector, repelled the rays of the sun with wonderful intensity, which accounted for the vibration which penetrated every atom of liquid. Shall I be believed when I say that, at the depth of thirty feet, I could see as if I was in broad daylight?
Свет, проникавший в толщу воды на тридцать футов, освещал дно океана с поразительной яркостью. Ясно были видны все предметы на расстоянии ста метров. А дальше ультрамариновые краски морских глубин постепенно угасали, сгущались и, наконец, растворялись в туманной беспредельности. Среда, окружавшая меня, казалась тем же воздухом, только более плотным, чем земная атмосфера, но не менее прозрачным. Надо мной была спокойная поверхность моря.
Мы шли по мелкому, плотно слежавшемуся песку, на котором приливы и отливы, избороздившие приморские пляжи, не оставили и следа. Ослепительный песчаный ковер служил благодатным рефлектором для солнечных лучей. Вот откуда исходит сила этого отраженного сияния, которым пронизана каждая частица воды! Поверят ли мне, что на глубине тридцати футов под поверхностью океана так же светло, как на земле в ясный день?
For a quarter of an hour I trod on this sand, sown with the impalpable dust of shells. The hull of the Nautilus, resembling a long shoal, disappeared by degrees; but its lantern, when darkness should overtake us in the waters, would help to guide us on board by its distinct rays.
Вот уже четверть часа идем мы по пламенеющему песку, усеянному неосязаемой пылью ракушек. Контуры корпуса "Наутилуса", рисовавшегося каким-то подводным рифом, постепенно стушевывались, но яркий свет его прожектора, с наступлением темноты в глубине вод, укажет нам путь на борт судна. Трудно представить себе силу отражения солнечных лучей в морских водоемах тому, кто привык к рассеянному, холодному электрическому свету земных городов. Там электрический свет, пронизывая воздух, насыщенный пылью, создает впечатление светящегося тумана; но на море, равно и в морских глубинах, электрические лучи обретают большую мощность.
А мы все шли и шли по бескрайной песчаной равнине. Я раздвигал руками водную завесу, смыкавшуюся за моей спиной, и давление воды мгновенно стирало следы моих ног на песке.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1