5#

Мартин Иден. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Мартин Иден". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 810 книг и 2536 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 264 из 408  ←предыдущая следующая→ ...

The storiettes were ground out, jaded, at the end of a long day of application to style.
Рассказики я вымучивал, выжимал из себя после того, как весь день оттачивал стиль.
But a reporter’s work is all hack from morning till night, is the one paramount thing of life.
А работа репортера – это сплошное ремесленничество с утра до вечера, там вся жизнь уходит на поделки.
And it is a whirlwind life, the life of the moment, with neither past nor future, and certainly without thought of any style but reportorial style, and that certainly is not literature.
И вся жизнь– какой-то водоворот, только и знаешь настоящую минуту, нет ни прошлого, ни будущего, и уж конечно, недосуг подумать о стиле, разве что о репортерском, но это уже никакая не литература.
To become a reporter now, just as my style is taking form, crystallizing, would be to commit literary suicide.
Стать репортером сейчас, когда у меня только-только складывается, кристаллизуется свой стиль, для меня как для писателя – самоубийство.
As it is, every storiette, every word of every storiette, was a violation of myself, of my self-respect, of my respect for beauty.
Ведь каждый такой рассказик, каждое слово каждого рассказика было насилием над собой, писалось вопреки уважению к себе, вопреки моему уважению к красоте.
I tell you it was sickening.
Поверь, от этого занятия меня тошнит.
I was guilty of sin.
Грех этим заниматься.
And I was secretly glad when the markets failed, even if my clothes did go into pawn.
И втайне я был доволен, когда их не покупали, хоть и приходилось отдавать в заклад костюм.
But the joy of writing the
Но какая была радость писать
‘Love-cycle’!
«Стихи о любви»!
The creative joy in its noblest form!
Высочайшая творческая радость!
That was compensation for everything."
Она– награда за все.
Martin did not know that Ruth was unsympathetic concerning the creative joy.
Мартин не знал, что Руфь не понимает творческой радости.
She used the phrase-it was on her lips he had first heard it.
Слова эти она употребляла, от нее-то он и услышал их впервые.
She had read about it, studied about it, in the university in the course of earning her Bachelorship of Arts; but she was not original, not creative, and all manifestations of culture on her part were but harpings of the harpings of others.
Она читала об этом, изучала это в университете, когда готовилась стать бакалавром изящных искусств, но сама неспособна была ни на самостоятельную мысль, ни на творческое усилие, и все, что будто бы говорило о ее высокой культуре, она повторяла с чужих слов, все было получено из третьих рук.
"May not the editor have been right in his revision of your
– А может быть, редактор не без основания правил
‘Sea Lyrics’?" she questioned.
"Remember, an editor must have proved qualifications or else he would not be an editor."
«Голоса моря»? – спросила Руфь. – Не забудь, редактор должен был доказать, что разбирается в литературе, иначе он бы не стал редактором.
"That’s in line with the persistence of the established," he rejoined, his heat against the editor-folk getting the better of him.
"What is, is not only right, but is the best possible.
– Это лишь подтверждает, как. живуче все общепринятое, – возразил Мартин, не сдержав давнего ожесточения против редакторской братии. – То, что существует, не только правильно, но и лучшее из всего возможного.
The existence of anything is sufficient vindication of its fitness to exist-to exist, mark you, as the average person unconsciously believes, not merely in present conditions, but in all conditions.
Раз оно существует, значит, хорошо, полезно, имеет право существовать, – и, заметь, как верит рядовой человек, существовать не только в нынешних условиях, но и в любых условиях.
It is their ignorance, of course, that makes them believe such rot-their ignorance, which is nothing more nor less than the henidical mental process described by Weininger.
Верит он в такую чепуху, разумеется, из-за своего невежества, а невежество его рождено всего-навсего убийственной формой мышления, описанной Вейнингером.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 10 оценках: 3 из 5 1