5#

Мартин Иден. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Мартин Иден". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 808 книг и 2504 познавательных видеоролика в бесплатном доступе.

страница 9 из 408  ←предыдущая следующая→ ...

He had succeeded in making her talk her talk, and while she rattled on, he strove to follow her, marvelling at all the knowledge that was stowed away in that pretty head of hers, and drinking in the pale beauty of her face.
Он сумел направить разговор на то, что ей близко, и она говорила и говорила, а он слушал, старался уловить ход ее мысли и дивился, сколько всякой премудрости уместилось в этой хорошенькой головке, и упивался нежной прелестью ее лица.
Follow her he did, though bothered by unfamiliar words that fell glibly from her lips and by critical phrases and thought-processes that were foreign to his mind, but that nevertheless stimulated his mind and set it tingling.
Что ж, мысль ее он улавливал, только брала досада на незнакомые слова, они так легко слетали с ее губ, и на непонятные критические замечания и рассуждения, зато все это подхлестывало его, давало пищу уму.
Here was intellectual life, he thought, and here was beauty, warm and wonderful as he had never dreamed it could be.
Вот она умственная жизнь, вот она красота, теплая, удивительная, такое ему и не снилось.
He forgot himself and stared at her with hungry eyes.
Он совсем забылся, жадно пожирал ее глазами.
Here was something to live for, to win to, to fight for-ay, and die for.
Вот оно, ради чего стоит жить, бороться, победить… эх, да и умереть.
The books were true.
Книжки не врут.
There were such women in the world.
Есть на свете такие женщины.
She was one of them.
И она такая.
She lent wings to his imagination, and great, luminous canvases spread themselves before him whereon loomed vague, gigantic figures of love and romance, and of heroic deeds for woman’s sake-for a pale woman, a flower of gold.
Он воспарил на крыльях воображения, и огромные сияющие полотна раскинулись перед его мысленным взором, и на них возникали смутные гигантские образы – любовь, романтика, героические деяния во имя Женщины – во имя вот этой хрупкой женщины, этого золотого цветка.
And through the swaying, palpitant vision, as through a fairy mirage, he stared at the real woman, sitting there and talking of literature and art.
И сквозь зыбкое трепещущее видение, словно сквозь сказочный мираж, он жадно глядел на женщину во плоти, что сидела перед ним и говорила о литературе, об искусстве.
He listened as well, but he stared, unconscious of the fixity of his gaze or of the fact that all that was essentially masculine in his nature was shining in his eyes.
Он и слушал тоже, но глядел жадно, не сознавая, что пожирает ее глазами, что в его неотступном взгляде пылает само его мужское естество.
But she, who knew little of the world of men, being a woman, was keenly aware of his burning eyes.
Но она, истая женщина, хоть и совсем мало знающая о мире мужчин, остро ощущала этот обжигающий взгляд.
She had never had men look at her in such fashion, and it embarrassed her.
Никогда еще мужчины не смотрели на нее так, и она смутилась.
She stumbled and halted in her utterance.
Она запнулась, запуталась в словах.
The thread of argument slipped from her.
Нить рассуждений ускользнула от нее.
He frightened her, and at the same time it was strangely pleasant to be so looked upon.
Он, пугал ее, и, однако, оказалось до странности приятно, что на тебя так смотрят.
Her training warned her of peril and of wrong, subtle, mysterious, luring; while her instincts rang clarion-voiced through her being, impelling her to hurdle caste and place and gain to this traveller from another world, to this uncouth young fellow with lacerated hands and a line of raw red caused by the unaccustomed linen at his throat, who, all too evidently, was soiled and tainted by ungracious existence.
Воспитание предостерегало ее об опасности, о дурном, коварном, таинственном соблазне; инстинкты же ее победно звенели, понуждая перескочить через разделяющий их кастовый барьер и завоевать этого путника из иного мира, этого неотесанного парня с ободранными руками и красной полосой на шее от непривычки носить воротнички, а ведь он явно запачкан, запятнан грубой жизнью.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 10 оценках: 3 из 5 1