5#

Время-не-ждет. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Время-не-ждет". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 766 книг и 2226 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 112 из 322  ←предыдущая следующая→ ...

And it was well that Daylight played closely at first, for he was astounded by the multitudes of sharks—"ground-sharks," he called them—that flocked about him.
И благо ему, что он поостерегся: он был искренне потрясен обилием мелких акул — «сухопутных акул», как он называл их, — кишевших вокруг него.
He saw through their schemes readily enough, and even marveled that such numbers of them could find sufficient prey to keep them going.
Он видел их насквозь и диву давался, что добычи хватает на такое огромное множество ртов.
Their rascality and general dubiousness was so transparent that he could not understand how any one could be taken in by them.
Все они были столь явные мошенники и проходимцы, что Харнишу просто не верилось, чтобы они могли кому-нибудь втереть очки.
And then he found that there were sharks and sharks.
Но очень скоро он узнал, что бывают и другие акулы.
Holdsworthy treated him more like a brother than a mere fellow-clubman, watching over him, advising him, and introducing him to the magnates of the local financial world.
Голдсуорти относился к нему не просто как к члену своего клуба, а почти как к брату родному: давал советы, покровительствовал ему, знакомил с местными дельцами.
Holdsworthy's family lived in a delightful bungalow near Menlo Park, and here Daylight spent a number of weekends, seeing a fineness and kindness of home life of which he had never dreamed.
Семья Голдсуорти жила в прелестной вилле около Мэнло-Парка, и на этой вилле Харниш провел не одно воскресенье, наслаждаясь таким утонченным домашним уютом, какой ему и не снился.
Holdsworthy was an enthusiast over flowers, and a half lunatic over raising prize poultry; and these engrossing madnesses were a source of perpetual joy to Daylight, who looked on in tolerant good humor.
Голдсуорти был страстный любитель цветов и вдобавок до самозабвения увлекался разведением ценных пород домашней птицы.
И та и другая мания крайне забавляли Харниша, служили ему неиссякаемым источником добродушных насмешек.
Such amiable weaknesses tokened the healthfulness of the man, and drew Daylight closer to him.
В его глазах такие невинные слабости только доказывали душевное здоровье Голдсуорти, и это еще сильнее располагало к нему.
A prosperous, successful business man without great ambition, was Daylight's estimate of him—a man too easily satisfied with the small stakes of the game ever to launch out in big play.
Состоятельный, преуспевающий делец, не страдающий чрезмерным честолюбием, игрок, который довольствуется небольшими выигрышами и никогда не станет впутываться в крупную игру, — таково было мнение Харниша о Голдсуорти.
On one such week-end visit, Holdsworthy let him in on a good thing, a good little thing, a brickyard at Glen Ellen.
В одно из воскресений Голдсуорти предложил ему дельце, небольшое, но выгодное; речь шла о финансировании кирпичного завода в деревне Глен Эллен.
Daylight listened closely to the other's description of the situation.
Харниш очень внимательно выслушал предложение своего друга.
It was a most reasonable venture, and Daylight's one objection was that it was so small a matter and so far out of his line; and he went into it only as a matter of friendship, Holdsworthy explaining that he was himself already in a bit, and that while it was a good thing, he would be compelled to make sacrifices in other directions in order to develop it.
Оно показалось ему весьма разумным; смущало его только то обстоятельство, что уж больно мелкое это было дело да еще в совершенно чуждой ему отрасли; но он все же согласился, чтобы сделать одолжение другу, ибо Голдсуорти объяснил, что сам он уже вложил в завод небольшую сумму, а больше пока не может, потому что хотя дело верное, но ему пришлось бы ради него сократить финансирование других предприятий.
Daylight advanced the capital, fifty thousand dollars, and, as he laughingly explained afterward,
Харниш выложил пятьдесят тысяч и сам потом, смеясь, рассказывал:
"I was stung, all right, but it wasn't Holdsworthy that did it half as much as those blamed chickens and fruit-trees of his."
«Я, конечно, влип, только Голдсуорти тут ни при чем, это все его куры, чтоб им, и плодовые деревья».
скачать в HTML/PDF
share
основано на 3 оценках: 5 из 5 1