6#

Мастер и Маргарита. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Мастер и Маргарита". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 682 книги и 1999 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 142 из 407  ←предыдущая следующая→ ...

'Who?'
Ivan whispered barely audibly, fearing to interrupt the agitated narrator.
– Кто? – чуть слышно шепнул Иван, опасаясь перебивать взволнованного рассказчика.
'Why, the editor, I tell you, the editor!
– Да редактор, я же говорю, редактор.
Yes, he read it all right.
Да, так он прочитал.
He looked at me as if I had a swollen cheek, looked sidelong into the corner, and even tittered in embarrassment.
Он смотрел на меня так, как будто у меня щека была раздута флюсом, как то косился в угол и даже сконфуженно хихикнул.
He crumpled the manuscript needlessly and grunted.
Он без нужды мял манускрипт и крякал.
The questions he asked seemed crazy to me.
Вопросы, которые он мне задавал, показались мне сумасшедшими.
Saving nothing about the essence of the novel, he asked me who I was, where I came from, and how long I had been writing, and why no one had heard of me before, and even asked what in my opinion was a totally idiotic question: who had given me the idea of writing a novel on such a strange theme?
Не говоря ничего по существу романа, он спрашивал меня о том, кто я таков и откуда я взялся, давно ли пишу и почему обо мне ничего не было слышно раньше, и даже задал, с моей точки зрения, совсем идиотский вопрос: кто это меня надоумил сочинить роман на такую странную тему?
Finally I got sick of him and asked directly whether he would publish the novel or not.
Наконец, он мне надоел, и я спросил его напрямик, будет ли он печатать роман или не будет.
Here he started squirming, mumbled something, and declared that he could not decide the question on his own, that other members of the editorial board had to acquaint themselves with my work - namely, the critics Latunsky and Ariman, and the writer Mstislav Lavrovich. [2] He asked me to come in two weeks.
Тут он засуетился, начал что то мямлить и заявил, что самолично решить этот вопрос он не может, что с моим произведением должны ознакомиться другие члены редакционной коллегии, именно критики Латунский и Ариман и литератор Мстислав Лаврович.
Он просил меня прийти через две недели.
I came in two weeks and was received by some girl whose eyes were crossed towards her nose from constant lying.'
Я пришел через две недели и был принят какой то девицей со скошенными к носу от постоянного вранья глазами.
That's Lapshennikova, the editorial secretary,' Ivan said with a smirk.
He knew very well the world described so wrathfully by his guest.
– Это Лапшенникова, секретарь редакции, – усмехнувшись, сказал Иван, хорошо знающий тот мир, который так гневно описывал его гость.
`Maybe,' the other snapped, 'and so from her I got my novel back, already quite greasy and dishevelled.
– Может быть, – отрезал тот, – так вот, от нее я получил свой роман, уже порядочно засаленный и растрепанный.
Trying to avoid looking me in the eye, Lapshennikova told me that the publisher was provided with material for two years ahead, and therefore the question of printing my novel, as she put it, "did not arise".
Стараясь не попадать своими глазами в мои, Лапшенникова сообщила мне, что редакция обеспечена материалами на два года вперед и что поэтому вопрос о напечатании моего романа, как она выразилась, отпадает.
`What do I remember after that?' the master muttered, rubbing his temple.
'Yes, red petals strewn across the tide page, and also the eyes of my friend.
– Что я помню после этого? – бормотал мастер, потирая висок, – да, осыпавшиеся красные лепестки на титульном листе и еще глаза моей подруги.
Yes, those eyes I remember.'
Да, эти глаза я помню.
The story of Ivan's guest was becoming more confused, more filled with all sorts of reticences.
Рассказ Иванова гостя становился все путанее, все более наполнялся какими то недомолвками.
He said something about slanting rain and despair in the basement refuge, about having gone elsewhere.
Он говорил что то про косой дождь, и отчаяние в подвальном приюте, о том, что ходил куда то еще.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 21 оценках: 4 из 5 1