StudyEnglishWords

6#

Мастер и Маргарита. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Мастер и Маргарита". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 378 книг и 1726 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 50 из 407  ←предыдущая следующая→ ...

After threatening someone in the distance with his fist in powerless anger, Ivan put on what was left for him.
Погрозив в бессильной злобе кому то вдаль кулаком, Иван облачился в то, что было оставлено.
Here two considerations began to trouble him: first, that his Massolit identification card, which he never parted with, was gone, and, second, whether he could manage to get through Moscow unhindered looking the way he did now?
Тут его стали беспокоить два соображения: первое, это то, что исчезло удостоверение МАССОЛИТа, с которым он никогда не расставался, и, второе, удастся ли ему в таком виде беспрепятственно пройти по Москве?
In striped drawers, after all ...
True, it was nobody's business, but still there might be some hitch or delay.
Все таки в кальсонах… Правда, кому какое дело, а все же не случилось бы какой нибудь придирки или задержки.
Ivan tore off the buttons where the drawers fastened at the ankle, figuring that this way they might pass for summer trousers, gathered up the icon, the candle and the matches, and started off, saying to himself:
Иван оборвал пуговицы с кальсон там, где те застегивались у щиколотки, в расчете на то, что, может быть, в таком виде они сойдут за летние брюки, забрал иконку, свечу и спички и тронулся, сказав самому себе:
'To Griboedov's!
– К Грибоедову!
Beyond all doubt, he's there.'
Вне всяких сомнений, он там.
The city was already living its evening life.
Город уже жил вечерней жизнью.
Trucks flew through the dust, chains clanking, and on their platforms men lay sprawled belly up on sacks.
В пыли пролетали, бряцая цепями, грузовики, на платформах коих, на мешках, раскинувшись животами кверху, лежали какие то мужчины.
All windows were open.
Все окна были открыты.
In each of these windows a light burned under an orange lampshade, and from every window, every door, every gateway, roof, and attic, basement and courtyard blared the hoarse roar of the polonaise from the opera Evgeny Onegin. [4]
В каждом из этих окон горел огонь под оранжевым абажуром, и из всех окон, из всех дверей, из всех подворотен, с крыш и чердаков, из подвалов и дворов вырывался хриплый рев полонеза из оперы
«Евгений Онегин».
Ivan Nikolaevich's apprehensions proved fully justified: passers-by did pay attention to him and turned their heads.
Опасения Ивана Николаевича полностью оправдались: прохожие обращали на него внимание и оборачивались.
As a result, he took the decision to leave the main streets and make his way through back lanes, where people are not so importunate, where there were fewer chances of them picking on a barefoot man, pestering him with questions about his drawers, which stubbornly refused to look like trousers.
Вследствие этого он решил покинуть большие улицы и пробираться переулочками, где не так назойливы люди, где меньше шансов, что пристанут к босому человеку, изводя его расспросами о кальсонах, которые упорно не пожелали стать похожими на брюки.
This Ivan did, and, penetrating the mysterious network of lanes around the Arbat, he began making his way along the walls, casting fearful sidelong glances, turning around every moment, hiding in gateways from time to time, avoiding intersections with traffic lights and the grand entrances of embassy mansions.
Иван так и сделал и углубился в таинственную сеть Арбатских переулков и начал пробираться под стенками, пугливо косясь, ежеминутно оглядываясь, по временам прячась в подъездах и избегая перекрестков со светофорами, шикарных дверей посольских особняков.
And all along his difficult way, he was for some reason inexpressibly tormented by the ubiquitous orchestra that accompanied the heavy basso singing about his love for Tatiana.
И на всем его трудном пути невыразимо почему то мучил вездесущий оркестр, под аккомпанемент которого тяжелый бас пел о своей любви к Татьяне.
CHAPTER 5.
Глава 5
There were Doings at Griboedov's
Было дело в Грибоедове
The old, two-storeyed, cream-coloured house stood on the ring boulevard, in the depths of a seedy garden, separated from the sidewalk by a fancy cast-iron fence.
Старинный двухэтажный дом кремового цвета помещался на бульварном кольце в глубине чахлого сада, отделенного от тротуара кольца резною чугунною решеткой.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 19 оценках: 4 из 5 1