7#

Двенадцать стульев. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Двенадцать стульев". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 814 книг и 2610 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 143 из 302  ←предыдущая следующая→ ...

He considered himself admirably equipped for this, and proudly remembered how easily he had once won the heart of Elena Bour.
Для этого он считал себя великолепно подготовленным.
Он с гордостью вспомнил, как легко покорил когда-то сердце прекрасной Елены Боур.
It was part of his nature to spend money extravagantly and showily.
Уменье тратить деньги легко и помпезно было ему присуще.
He had been famous in Stargorod for his good manners and ability to converse with any woman.
Воспитанностью и умением вести разговор с любой дамой он славился в Старгороде.
He thought it would be amusing to use his pre-revolutionary polish on conquering a little Soviet girl, who had never seen anything or known anything.
Ему показалось смешным затратить весь свой старорежимный лоск на покорение маленькой советской девочки, которая ничего еще толком не видела и не знала.
With little persuasion Ippolit Matveyevich took Liza to the Prague Restaurant, the showpiece of the Moscow union of consumer societies; the best place in Moscow, as Bender used to say.
После недолгих уговоров Ипполит Матвеевич повез Лизу в образцовую столовую МСПО
«Прагу» – лучшее место в Москве, как говорил ему Бендер.
The Prague awed Liza by the copious mirrors, lights and flower-pots.
Лучшее место в Москве поразило Лизу обилием зеркал, света и цветочных горшков.
This was excusable; she had never before been in a restaurant of this kind.
Лизе это было простительно – она никогда еще не посещала больших образцово-показательных ресторанов.
But the mirrored room unexpectedly awed Ippolit Matveyevich, too.
Но зеркальный зал совсем неожиданно поразил и Ипполита Матвеевича.
He was out of touch and had forgotten about the world of restaurants.
От отстал, забыл ресторанный уклад.
Now he felt ashamed of his baronial boots with square toes, pre-revolutionary trousers, and yellow, star-spangled waistcoat.
Теперь ему было положительно стыдно за свои баронские сапоги с квадратными носами, штучные довоенные брюки и лунный жилет, осыпанный серебряной звездой.
They were both embarrassed and stopped suddenly at the sight of the rather motley public.
Оба смутились и замерли на виду у всей, довольно разношерстной, публики.
"Let's go over there in the corner," suggested Vorobyaninov, although there were tables free just by the stage, where the orchestra was scraping away at the stock potpourri from the
"Bayadere".
– Пройдемте туда, в угол, – предложил Воробьянинов, хотя у самой эстрады, где оркестр выпиливал дежурное попурри из
«Баядерки», были свободные столики.
Liza quickly agreed, feeling that all eyes were upon her.
Чувствуя, что на нее все смотрят, Лиза быстро согласилась.
The social lion and lady-killer, Vorobyaninov, followed her awkwardly.
За нею смущенно последовал светский лев и покоритель женщин Воробьянинов.
The social lion's shabby trousers drooped baggily from his thin behind.
Потертые брюки светского льва свисали с худого зада мешочком.
The lady-killer hunched his shoulders and began polishing his pince-nez in an attempt to cover up his embarrassment.
Покоритель женщин сгорбился и, чтобы преодолеть смущение, стал протирать пенсне.
No one took their order.
Ippolit Matveyevich had not expected this.
Instead of gallantly conversing with his lady, he remained silent, sighed, tapped the table timidly with an ashtray, and coughed incessantly.
Никто не подошел к столу, как этого ожидал Ипполит Матвеевич, и он, вместо того чтобы галантно беседовать со своей дамой, молчал, томился, несмело стучал пепельницей по столу и бесконечно откашливался.
Liza looked around her with curiosity; the silence became unnatural.
But Ippolit Matveyevich could not think of anything to say.
Лиза любопытно смотрела по сторонам, молчание становилось неестественным, но Ипполит Матвеевич не мог вымолвить ни слова.
He had forgotten what he usually said in such cases.
Он забыл, что именно он всегда говорил в таких случаях.
Его сковывало то, что никто не подходил к столику.
"We'd like to order," he called to waiters as they flew past.
– Будьте добры! – взывал он к пролетавшим мимо работникам нарпита.
"Just coming, sir," cried the waiters without stopping.
– Сию минуточку-с, – кричали работники нарпита на ходу.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 3 оценках: 4 из 5 1