7#

Двенадцать стульев. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Двенадцать стульев". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 814 книг и 2610 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 213 из 302  ←предыдущая следующая→ ...

In the coachman's seat sat a fine-looking old man with a fluffy white beard.
На козлах сидел бравый старик с пушистой седой бородой.
If Ippolit Matveyevich had known that this was none other than Count Alexei Bulanov, the famous hermit hussar, he would probably have hailed the old man and chatted with him about the good old days.
Если бы Ипполит Матвеевич знал, что кучер не кто иной, как граф Алексей Буланов, знаменитый гусар-схимник, он, вероятно, окликнул бы старика, чтобы поговорить о прелестных прошедших временах.
Но он не знал, кто проезжает перед ним в образе кучера, да и кучер вряд ли захотел бы говорить с ним о прелестных временах.
Count Bulanov was deeply troubled.
Граф Алексей Буланов был сильно озабочен.
As he whipped up the horses, he mused about the red tape that was strangling the sub-department of sanitation, and on account of which he had not received for six months the apron he was entitled to under his contract.
Нахлестывая лошадей, он грустно размышлял о бюрократизме, разъедающем ассенизационный подотдел, из-за которого графу вот уже полгода как не выдавали положенный по гендоговору спецфартук.
"Listen," said the smooth operator suddenly.
"What did they call you as a boy?"
– Послушайте, – сказал вдруг великий комбинатор, – как вас звали в детстве?
"What do you want to know for?"
– А зачем вам?
"I just want to know what to call you.
– Да так!
Не знаю, как вас называть.
I'm sick of calling you Vorobyaninov, and Ippolit Matveyevich is too stuffy.
Воробьяниновым звать вас надоело, а Ипполитом Матвеевичем слишком кисло.
What were you called?
Как же вас звали?
Ippy?"
Ипа?
"Pussy," replied Ippolit Matveyevich with a snicker.
– Киса, – ответил Ипполит Матвеевич, усмехаясь.
"That's more like it.
– Конгениально!
So look, Pussy, see what's wrong with my back.
Так вот что, Киса, посмотрите, пожалуйста, что у меня на спине.
It hurts between the shoulder-blades."
Болит между лопатками.
Ostap pulled the cowboy shirt over his head.
Остап стянул через голову рубашку «ковбой».
Before Pussy Vorobyaninov was revealed the broad back of a provincial Antinous; a back of enchanting shape, but rather dirty.
Перед Кисой Воробьяниновым открылась обширная спина захолустного Антиноя – спина очаровательной формы, но несколько грязноватая.
"Aha!
I see some redness."
– Ого, – сказал Ипполит Матвеевич, – краснота какая-то.
Between the smooth operator's shoulders were some strangely shaped mauve bruises which reflected colours like a rainbow in oil.
Между лопатками великого комбинатора лиловели и переливались нефтяной радугой синяки странных очертаний.
"Honestly, it's the number eight," exclaimed Vorobyaninov.
"First time I've ever seen a bruise like that."
– Честное слово, цифра восемь! – воскликнул Воробьянинов. – Первый раз вижу такой синяк.
"Any other number?" asked Ostap.
– А другой цифры нет? – спокойно спросил Остап.
"There seems to be a letter P."
– Как будто бы буква Р.
"I have no more questions.
– Вопросов больше не имею.
It's quite clear.
Все понятно.
That damned pen!
Проклятая ручка!
You see how I suffer, Pussy, and what risks I run for your chairs.
Видите, Киса, как я страдаю, каким опасностям я подвергаюсь из-за ваших стульев.
These arithmetical figures were branded on me by the huge self-falling pen with a No.
86 nib.
Эти арифметические знаки нанесены мне большой самопадающей ручкой с пером № 86.
I should point out to you that the damned pen fell on my back at the very moment I inserted my hands inside the chief editor's chair.
Нужно вам заметить, что проклятая ручка упала на мою спину в ту самую минуту, когда я погрузил руки во внутренность редакторского стула.
– А я тоже… Я тоже пострадал! – поспешно вставил Киса.
– Это когда же?
Когда вы кобелировали за чужой женой?
Насколько мне помнится, этот запоздалый кобеляж закончился для вас не совсем удачно!
Или, может быть, во время дуэли с оскорбленным Колей?
– Нет-с, простите, повреждения я получил на работе-с!
– Ах!
Это когда мы по стратегическим соображениям отступали из театра Колумба?
– Да, да… Когда за нами гнался сторож…
– Значит, вы считаете героизмом свое падение с забора?
– Я ударился коленной чашечкой о мостовую.
– Не беспокойтесь!
При теперешнем строительном размахе ее скоро отремонтируют.
Ипполит Матвеевич проворно завернул левую штанину и в недоумении остановился.
На желтом колене не было никаких повреждений.
– Как нехорошо лгать в таком юном возрасте, – с грустью сказал Остап, – придется, Киса, поставить вам четверку за поведение и вызвать родителей!..
И ничего-то вы толком не умеете.
Почему нам пришлось бежать из театра?
Из-за вас!
Черт вас дернул стоять на цинке, как часовой, не двигаясь с места.
But you!
You can't do anything right!
Это, конечно, вы делали для того, чтобы привлечь всеобщее внимание.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 3 оценках: 4 из 5 1