4#

Детство. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Детство". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 707 книг и 2009 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 129 из 238  ←предыдущая следующая→ ...

He always bore himself kindly towards me, spoke to me good-naturedly, and as if I were a grown person, and looked me straight in the eyes; but all the same there was something about him which I did not like.
Ко мне он относился ласково, говорил со мною добродушнее, чем с большими, и не прятал глаз, но что-то не нравилось мне в нём.
Having regaled me with my. favorite jam, he would spread my slice of bread with what was left, he would bring me malted gingerbread from the town, and always conversed with me in a quiet and serious tone.
Угощая всех любимым вареньем, намазывал мой ломоть хлеба гуще, привозил мне из города солодовые пряники, маковую сбойну и беседовал со мною всегда серьёзно, тихонько.
“What are you going to do, young gentleman, when you grow up?
- Как жить будем, сударик?
Are you going into the Army or the Civil Service?’
В солдаты пойдёшь али в чиновники?
“Into the Army.”
- В солдаты.
“Good!
- Это - хорошо.
A soldier’s life is not a hard one in these days.
Теперь и солдату не трудно стало.
A priest’s life isn’t bad either . . . all he has to do is to chant, and pray to God, and that does not take long.
В попы тоже хорошо, покрикивай себе - осподи помилуй,- да и вся недолгА!
In fact, a priest has an easier job than a soldier . . . but a fisherman’s job is easier still; that does not require any education at all, it is simply a question of habit.”
Попу даже легше, чем солдату, а ещё того легше - рыбаку; ему вовсе никакой науки не надо - была бы привычка!..
He gave an amusing imitation of the fish hovering round the bait, and of the way perch, mugil, and bream throw themselves about when they get caught on the hook.
Он забавно изображал, как ходят рыбы вокруг наживки, как бьются, попав на крючок, окуни, голавли, лещи.
“Now, you get angry when grandfather whips you,” he would say soothingly, “but you have no cause to be angry at that, young gentleman; whippings are a part of your education, and those that you get are, after all, mere child’s play.
- Вот ты сердишься, когда тебя дедушко высекет,- утешительно говорил он.- Сердиться тут, сударик, никак не надобно, это тебя для науки секут, и это сеченье - детское!
You should just see how my mistress, Tatiana Lexievna, used to thrash!
She could do it all right, she could!
А вот госпожа моя Татьян Лексевна - ну, она секла знаменито!
And she used to keep a man especially for that Christopher his name was and he did his work so well that sometimes neighbors from other manor-houses sent a message to the Countess:
‘Please, Tatiana Lexievna, send Christopher to thrash our footman.’
У неё для того нарочный человек был, Христофором звали, такой мастак в деле своём, что его, бывало, соседи из других усадеб к себе просят у барыни-графини: отпустите, сударыня Татьян Лексевна, Христофора дворню посечь!
And she used to let him go.”
И отпускала.
In his artless manner, he would give a detailed account of how the Countess, in a white muslin frock with a gauzy, sky-colored handkerchief over her head, would sit on the steps, by one of the pillars, in a red armchair, while Christopher flogged the peasants, male and female, in her presence.
Он безобидно и подробно рассказывал, как барыня, в кисейном белом платье и воздушном платочке небесного цвета, сидела на крылечке с колонками, в красном креслице, а Христофор стегал перед нею баб и мужиков.
скачать в HTML/PDF
share