4#

Козел отпущения. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Козел отпущения". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 772 книги и 2249 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 1 из 372  ←предыдущая следующая→ ...

Daphne du Maurier
Дафна Дю Морье
The Scapegoat
Козел отпущения
1
ГЛАВА 1
I left the car by the side of the cathedral, and then walked down the steps into the Place des Jacobins.
Я оставил машину у собора и спустился на площадь Якобинцев.
It was still raining hard.
Дождь по-прежнему лил как из ведра.
It had not once let up since Tours, and all I had seen of the countryside I loved was the gleaming surface of the route nationale, rhythmically cut by the monotonous swing of the windscreen-wiper.
Он не прекращался с самого утра, и единственное, что я мог увидеть в этих любимых мною местах, было блестящее полотно шоссе, пересекаемое мерными взмахами .
Outside Le Mans, the depression that had grown upon me during the past twenty-four hours had intensified.
Когда я подъехал к Ле-Ману, хандра, овладевшая мной за последние сутки, еще более обострилась.
It was inevitable, always, during the last days of holiday; but this time, more than ever before, I was aware of time having passed too swiftly, not because the days had been over full but because I had achieved nothing.
Это было неизбежно, как всегда в последние дни отпуска, но сейчас я сильнее, чем раньше, ощущал бег времени, и не потому, что дни мои были слишком наполнены, а потому, что не успел ничего достичь.
The notes I had written for the lectures I was to give during the coming autumn were scholarly, precise, with dates and facts that I should afterwards dress up in language designed to strike a spark in the dull minds of inattentive students.
But even if I held their flagging interest for a brief half hour, I should know, when I had finished, that nothing I had said to them was of any value, that I had only given them images of history brightly coloured – waxwork models, puppet figures strutting through a charade.
Не спорю, заметки для моих будущих лекций в осенний семестр были достаточно профессиональными, с точными датами и фактами, которые впоследствии я облеку в слова, способные вызвать проблеск мысли в вялых умах невнимательных студентов.
The real meaning of history would have escaped me, because I had never been close enough to people.
Но истинный смысл истории ускользал от меня, потому что я никогда не был близок к живым людям.
It was all too easy to lose oneself in a past half real, half imaginary, and so be blind to the present.
Я предпочитал погрузиться в прошлое, наполовину реальное, наполовину созданное воображеньем, и закрыть глаза на настоящее.
In the cities that I knew best, Tours, Blois, Orléans, I lost myself in fantasy, seeing other walls, older streets, the crumbling corners of once glittering façades, and they were more live to me than any real structure before my eyes, for in their shadows lay security; but in the hard light of reality there was only doubt and apprehension.
В Туре, Блуа, Орлеане -- городах, которые знал лучше других, -- я отдавался во власть фантазии: видел другие стены, другие, прежние, улицы, сверкающие фасады домов, на которых теперь крошилась кладка; они были для меня более живыми, чем любое современное здание, на которое падал мой взгляд, в их тени я чувствовал себя под защитой, а жесткий свет реальности обнажал мои сомнения и страхи.
In Blois, in the château, feeling the smoke-blackened walls with my hands, a thousand people might ache and suffer a few hundred yards away but I saw none of them.
Когда в Блуа я дотрагивался до темных от копоти стен загородного замка, тысячи людей могли страдать и томиться в какой-нибудь сотне шагов оттуда -- я их не замечал.
скачать в HTML/PDF
share

←предыдущая следующая→ ...