4#

Озеро на холме. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Озеро на холме". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 704 книги и 2009 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

Последние добавленные на изучение слова (изучено 0 для этой книги)

страница 1 из 15  ←предыдущая следующая→ ...

Hugh Walpole
Хью Валпол
THE TARN
Озеро на холме
As Foster moved unconsciously across the room, bent towards the bookcase, and stood leaning forward a little, choosing now one book, now another, with his eyes, his host, seeing the muscles of the back of his thin, scraggy neck stand out above his low flannel collar, thought of the ease with which he could squeeze that throat, and the pleasure, the triumphant, lustful pleasure, that such an action would give him.
1
Фостер бессознательно бродил по комнате, затем остановился у книжного шкафа и стал медленно, внимательно рассматривать книги.
Его взгляд скользил по книжным рядам, ненадолго задерживаясь то на одном, то на другом томе.
Хозяин дома — приятель Фостера, стоял позади и пристально смотрел на худую, жилистую шею своего гостя, которая как палка торчала из воротника фланелевой рубашки.
С какой легкостью он мог бы взять Фостера за горло и сдавить его так, чтобы у того перехватило дыхание, и какое несказанное, неземное удовольствие он тогда испытал бы!
The low, white-walled, white-ceilinged room was flooded with the mellow, kindly Lakeland sun.
Низкая, с белыми стенами и потолком комната тонула в легких, нежных лучах Лейклендского солнца.
October is a wonderful month in the English Lakes, golden, rich, and perfumed, slow suns moving through apricot-tinted skies to ruby evening glories; the shadows lie then thick about that beautiful country, in dark purple patches, in long web-like patterns of silver gauze, in thick splotches of amber and grey.
Октябрь — самое удивительное время на Английских озерах, когда золотистое яркое солнце медленно плывет по абрикосовым небесам к рубиновым вечерним зорям.
На землю ложатся сумерки, которые постепенно густеют, и все вокруг переливается.
То здесь, то там отражается багрянцем закат на деревьях, блестит серебром листва, словно капельки янтаря играют в воде звезды.
The clouds pass in galleons across the mountains, now veiling, now revealing, now descending with ghost-like armies to the very breast of the plains, suddenly rising to the softest of blue skies and lying thin in lazy languorous colour.
По небу, как испанские галионы, медленно плывут облака, покрывая собой вершины холмов, они то смыкают, то размыкают свои ряды; то, как целая армия призраков, стремительно падают вниз, в самое сердце долины, затем вдруг поднимаются высоко-высоко и тонут в небесной лазури, становясь тонкими и бледными.
Fenwick's cottage looked across to Low Fells; on his right, seen through side windows, sprawled the hills above Ullswater.
Фасад коттеджа Фенвика выходил прямо на Лоуфелз: справа в окна были видны холмы, у подножия которых блестели воды большого озера.
Fenwick looked at Foster's back and felt suddenly sick, so that he sat down, veiling his eyes for a moment with his hand.
Фенвик посмотрел на спину Фостера и вдруг ему стало так плохо, что он был вынужден сесть, на миг прикрыв глаза ладонью.
Foster had come up there, come all the way from London, to explain.
Фостер приехал сюда прямо из Лондона, чтобы все расставить на свои места.
It was so like Foster to want to explain, to want to put things right.
«Все расставить на свои места» — это было так похоже на Фостера.
For how many years had he known Foster?
Сколько лет он его знал?
Why, for twenty at least, and during all those years Foster had been for ever determined to put things right with everybody.
По крайней мере двадцать, и в течение всех этих лет Фостер умудрялся прекрасно ладить со всеми окружающими его людьми.
He could never bear to be disliked; he hated that anyone should think ill of him; he wanted everyone to be his friends.
Он не мог вынести неприязни по отношению к себе; ему не нравилось, когда кто-то мог подумать о нем плохо; он хотел, чтобы все вокруг были его друзьями.
That was one reason, perhaps, why Foster had got on so well, had prospered so in his career; one reason, too, why Fenwick had not.
Возможно, это являлось одной из причин, почему Фостер так преуспел в своей карьере, а Фенвик — нет.
For Fenwick was the opposite of Foster in this.
Фенвик был на сто процентов противоположностью Фостера в этом отношении.
He did not want friends, he certainly did not care that people should like him—that is people for whom, for one reason or another, he had contempt—and he had contempt for quite a number of people.
Ему не нужны были друзья, и ему всегда было глубоко наплевать, нравился он людям или нет, особенно тем, к которым он очень часто испытывал чувство презрения, а презирал он многих.
скачать в HTML/PDF
share

←предыдущая следующая→ ...