6#

Церковный служитель. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Церковный служитель". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 828 книг и 2706 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

Последние добавленные на изучение слова (изучено 52 для этой книги)

страница 1 из 3  ←предыдущая следующая→ ...

THE VERGER
Церковный служитель
THERE HAD BEEN a christening that afternoon at St Peter’s, Neville Square, and Albert Edward Foreman still wore his verger’s gown.
В тот день в послеобеденное время в церкви св.
Петра на Невилл-скуэр состоялось крещение, и церковный служитель Алберт Эдвард Форман еще не снял своего одеяния.
He kept his new one, its folds as full and stiff as though it were made not of alpaca but of perennial bronze, for funerals and weddings (St Peter’s, Neville Square, was a church much favoured by the fashionable for these ceremonies) and now he wore only his second-best.
Новое облачение с такими пышными и жесткими складками, словно оно не сшито из альпаки[1], а отлито из бронзы, он берег для похорон и венчаний (фешенебельная публика обычно предпочитала проводить эти церемонии в церкви св.
Петра на Невилл-скуэр), и сейчас на нем было облачение попроще.
He wore it with complacence, for it was the dignified symbol of his office, and without it (when he took it off to go home) he had the disconcerting sensation of being somewhat insufficiently clad.
Он носил его с глубоким удовлетворением, ибо почитал достойным символом своей должности, а без него (когда снимал его перед уходом домой) испытывал неприятное чувство, будто был полураздет.
He took pains with it; he pressed it and ironed it himself.
Не жалея сил, он самолично складывал и гладил его.
During the sixteen years he had been verger of this church he had had a succession of such gowns, but he had never been able to throw them away when they were worn out and the complete series, neatly wrapped up in brown paper, lay in the bottom drawers of the wardrobe in his bedroom.
За шестнадцать лет своей службы в церкви он накопил их множество, но ни разу не решился выбросить изношенные, и все до единого, аккуратно упакованные в оберточную бумагу, они лежали в нижних ящиках его гардероба в спальне.
The verger busied himself quietly, replacing the painted wooden cover on the marble font, taking away a chair that had been brought for an infirm old lady, and waited for the vicar to have finished in the vestry so that he could tidy up in there and go home.
Служитель наводил порядок: накрыл крашеной деревянной крышкой мраморную купель, убрал стул, принесенный для старой больной дамы, и ждал, пока викарий[2] закончит дела в ризнице и он сможет прибраться там и уйти домой.
Presently he saw him walk across the chancel, genuflect in front of the high altar, and come down the aisle; but he still wore his cassock.
В это время он увидел, что викарий подошел к алтарю, преклонил колена и тут же вышел в проход между скамьями.
Он все еще не снял сутаны.
“What’s he “anging about for?” the verger said to himself.
«И чего он только канителится? — подумал служитель.
“Don’t “e know I want my tea?”
— Не знает разве, что мне пора пить чай?»
The vicar had been but recently appointed, a red-faced energetic man in the early forties, and Albert Edward still regretted his predecessor, a clergyman of the old school who preached leisurely sermons in a silvery voice and dined out a great deal with his more aristocratic parishioners.
Недавно назначенный викарий был краснолицый, энергичный мужчина лет сорока с небольшим, и Алберт Эдвард все еще вспоминал его предшественника, священника старой школы, который неторопливо читал проповеди серебристым голосом и частенько обедал у знатных прихожан.
He liked things in church to be just so, but he never fussed; he was not like this new man who wanted to have his finger in every pie.
Ему нравилось в церкви так, как оно было, и он никогда не суетился попусту, не то, что этот новичок, который всюду сует нос.
But Albert Edward was tolerant.
Но Алберт Эдвард — человек терпимый.

Для просмотра параллельного текста полностью залогиньтесь или зарегистрируйтесь

скачать в HTML/PDF
share

←предыдущая следующая→ ...

основано на 2 оценках: 3 из 5 1