8#

Ангелы и Демоны. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Ангелы и Демоны". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 590 книг и 1839 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 123 из 437  ←предыдущая следующая→ ...

The miracle and wonder of it, Mortati thought, often wishing his own childhood had presented an event that fostered that kind of doubtless faith.
Чудны дела Твои, Господи, думал Мортати, сожалея о том, что в его юности не произошло события, которое позволило бы ему, оставив все сомнения, бесконечно укрепиться в вере.
Unfortunately for the church, Mortati knew, the camerlegno would never become Pope in his elder years.
При этом Мортати знал, что, к несчастью для церкви, камерарию даже в зрелом возрасте не суждено стать папой.
Attaining the papacy required a certain amount of political ambition, something the young camerlegno apparently lacked; he had refused his Pope’s offers for higher clerical stations many times, saying he preferred to serve the church as a simple man.
Для достижения этого поста священнослужитель должен обладать политическим честолюбием, а этот камерарий был, увы, начисто лишен всяких политических амбиций.
Он несколько раз отказывался от очень выгодных церковных постов, которые предлагал ему покойный папа, заявляя, что желает служить церкви как простой человек.
"What next?"
The cardinal tapped Mortati, waiting.
- Ну и что теперь? - спросил настойчивый кардинал.
Mortati looked up.
"I’m sorry?"
- Что, простите? - поднимая на него глаза, переспросил Мортати.
"They’re late!
Он настолько погрузился в собственные мысли, что не слышал вопроса.
- Они опаздывают!
What shall we do?"
Что мы будем делать?
"What can we do?"
Mortati replied.
- А что мы можем сделать? - вопросом на вопрос ответил Мортати.
"We wait.
- Нам остается только ждать.
And have faith."
И верить.
Looking entirely unsatisfied with Mortati’s response, the cardinal shrunk back into the shadows.
Кардиналу, которого ответ "великого выборщика" совершенно не устроил, оставалось лишь молча отступить в тень.
Мортати некоторое время стоял молча, потирая пальцем висок.
Mortati stood a moment, dabbing his temples and trying to clear his mind.
Он понимал, что прежде всего следовало привести в порядок мысли.
Indeed, what shall we do?
He gazed past the altar up to Michelangelo’s renowned fresco,
"Итак, что же нам действительно делать?" - подумал он, бросив взгляд на недавно обновленные фрески Микеланджело на стене над алтарем.
"The Last Judgment."
The painting did nothing to soothe his anxiety.
Вид Страшного суда в изображении гениального художника его вовсе не успокоил.
It was a horrifying, fifty foot tall depiction of Jesus Christ separating mankind into the righteous and sinners, casting the sinners into hell.
На огромной, высотой в пятьдесят футов, картине Иисус отделял праведников от грешников, отправляя последних в ад.
There was flayed flesh, burning bodies, and even one of Michelangelo’s rivals sitting in hell wearing ass’s ears.
На фреске были изображены освежеванная плоть и охваченные пламенем тела.
Микеланджело отправил в ад даже одного из своих врагов, украсив его при этом огромными ослиными ушами.
Guy de Maupassant had once written that the painting looked like something painted for a carnival wrestling booth by an ignorant coal heaver.
Мопассан однажды заметил, что фреска выглядит так, словно ее написал какой-то невежественный истопник для карнавального павильона, в котором демонстрируют греко-римскую борьбу.
Cardinal Mortati had to agree.
И Мортати в глубине души соглашался с великим писателем.
43
Глава 43
Langdon stood motionless at the Pope’s bulletproof window and gazed down at the bustle of media trailers in St. Peter’s Square.
Лэнгдон неподвижно стоял у пуленепробиваемого окна папского кабинета и смотрел на скопище принадлежащих прессе транспортных средств.
The eerie phone conversation had left him feeling turgid… distended somehow.
Not himself.
Жутковатая телефонная беседа вызвала у него странное ощущение.
The Illuminati, like a serpent from the forgotten depths of history, had risen and wrapped themselves around an ancient foe.
Братство
"Иллюминати" казалось ему какой-то гигантской змеей, вырвавшейся из бездны истории, чтобы задушить в тисках своих колец древнего врага.
No demands.
Никаких условий.
Никаких требований.
No negotiation.
Никаких переговоров.
Just retribution.
Всего лишь возмездие.
Demonically simple.
Все очень просто.
Squeezing.
Смертельный захват становится все сильнее и сильнее.
A revenge 400 years in the making.
Месть, которая готовилась четыреста лет.
It seemed that after centuries of persecution, science had bitten back.
Создавалось впечатление, что наука, несколько веков бывшая жертвой преследований, наносит наконец ответный удар.
The camerlegno stood at his desk, staring blankly at the phone.
Камерарий стоял у своего стола, устремив невидящий взгляд на телефонный аппарат.
Olivetti was the first to break the silence.
Первым молчание нарушил Оливетти.
"Carlo," he said, using the camerlegno’s first name and sounding more like a weary friend than an officer.
- Карло... - сказал он, впервые обращаясь к камерарию по имени, и его голос звучал совсем не по-военному; так, как говорил коммандер, мог говорить только близкий друг.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 5 оценках: 4 из 5 1