StudyEnglishWords

5#

Война и мир. Книга вторая: 1805. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Война и мир. Книга вторая: 1805". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 387 книг и 1726 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 17 из 113  ←предыдущая следующая→ ...

"Vous voyez le malheureux Mack," he uttered in a broken voice.
– Vous voyez le malheureux Mack, [Вы видите несчастного Мака.] – проговорил он сорвавшимся голосом.
Kutuzov's face as he stood in the open doorway remained perfectly immobile for a few moments.
Лицо Кутузова, стоявшего в дверях кабинета, несколько мгновений оставалось совершенно неподвижно.
Then wrinkles ran over his face like a wave and his forehead became smooth again, he bowed his head respectfully, closed his eyes, silently let Mack enter his room before him, and closed the door himself behind him.
Потом, как волна, пробежала по его лицу морщина, лоб разгладился; он почтительно наклонил голову, закрыл глаза, молча пропустил мимо себя Мака и сам за собой затворил дверь.
The report which had been circulated that the Austrians had been beaten and that the whole army had surrendered at Ulm proved to be correct.
Слух, уже распространенный прежде, о разбитии австрийцев и о сдаче всей армии под Ульмом, оказывался справедливым.
Within half an hour adjutants had been sent in various directions with orders which showed that the Russian troops, who had hitherto been inactive, would also soon have to meet the enemy.
Через полчаса уже по разным направлениям были разосланы адъютанты с приказаниями, доказывавшими, что скоро и русские войска, до сих пор бывшие в бездействии, должны будут встретиться с неприятелем.
Prince Andrew was one of those rare staff officers whose chief interest lay in the general progress of the war.
Князь Андрей был один из тех редких офицеров в штабе, который полагал свой главный интерес в общем ходе военного дела.
When he saw Mack and heard the details of his disaster he understood that half the campaign was lost, understood all the difficulties of the Russian army's position, and vividly imagined what awaited it and the part he would have to play.
Увидав Мака и услыхав подробности его погибели, он понял, что половина кампании проиграна, понял всю трудность положения русских войск и живо вообразил себе то, что ожидает армию, и ту роль, которую он должен будет играть в ней.
Involuntarily he felt a joyful agitation at the thought of the humiliation of arrogant Austria and that in a week's time he might, perhaps, see and take part in the first Russian encounter with the French since Suvorov met them.
Невольно он испытывал волнующее радостное чувство при мысли о посрамлении самонадеянной Австрии и о том, что через неделю, может быть, придется ему увидеть и принять участие в столкновении русских с французами, впервые после Суворова.
He feared that Bonaparte's genius might outweigh all the courage of the Russian troops, and at the same time could not admit the idea of his hero being disgraced.
Но он боялся гения Бонапарта, который мог оказаться сильнее всей храбрости русских войск, и вместе с тем не мог допустить позора для своего героя.
Excited and irritated by these thoughts Prince Andrew went toward his room to write to his father, to whom he wrote every day.
Взволнованный и раздраженный этими мыслями, князь Андрей пошел в свою комнату, чтобы написать отцу, которому он писал каждый день.
In the corridor he met Nesvitski, with whom he shared a room, and the wag Zherkov; they were as usual laughing.
Он сошелся в коридоре с своим сожителем Несвицким и шутником Жерковым; они, как всегда, чему‑то смеялись.
"Why are you so glum?" asked Nesvitski noticing Prince Andrew's pale face and glittering eyes.
– Что ты так мрачен? – спросил Несвицкий, заметив бледное с блестящими глазами лицо князя Андрея.
"There's nothing to be gay about," answered Bolkonski.
– Веселиться нечему, – отвечал Болконский.
Just as Prince Andrew met Nesvitski and Zherkov, there came toward them from the other end of the corridor, Strauch, an Austrian general who on Kutuzov's staff in charge of the provisioning of the Russian army, and the member of the Hofkriegsrath who had arrived the previous evening.
В то время как князь Андрей сошелся с Несвицким и Жерковым, с другой стороны коридора навстречу им шли Штраух, австрийский генерал, состоявший при штабе Кутузова для наблюдения за продовольствием русской армии, и член гофкригсрата, приехавшие накануне.
скачать в HTML/PDF
share