4#

В людях. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "В людях". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 704 книги и 2009 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 68 из 354  ←предыдущая следующая→ ...

“Mamasha!
Left wheel! where are my socks?”
- Мамаша - кругом направо! - где мои носки?
And he used to follow me about with stupid questions.
Он преследовал меня глупыми вопросами:
“Alesha, answer me.
Whv do we write ‘sinenki’ and pronounce it ‘phiniki?
- Алёшка, отвечай: почему пишется - синенький, а говорится - финики?
Why do we say
‘Kolokola’ and not
‘Okolokola”?
Почему говорят - колокола, а не - около кола?
Why do we say
‘K’derevou’ and not ‘gdye plachou?”
Почему - к дереву, а не где пл'ачу?
I did not like the way any of them spoke, and having been educated in the beautiful tongue which grand — mother and grandfather spoke, I could not understand at first how words that had no sort of connection came to be coupled together, such as “terribly funny,”
“I am dying to eat,” “awfully happy.”
It seemed to me that what was funny could not be terrible, that to be happy could not be awful, and that people did not die for something to eat.
Мне не нравилось, как все они говорят; воспитанный на красивом языке бабушки и деда, я вначале не понимал такие соединения несоединимых слов, как "ужасно смешно", "до смерти хочу есть", "страшно весело"; мне казалось, что смешное не может быть ужасным, весёлое - не страшно и все люди едят вплоть до дня смерти.
“Can one say that?”
I used to ask them; but they jeered at me:
Я спрашивал их:
- Разве можно так говорить?
Они ругались:
“I say, what a teacher!
- Какой учитель, скажите?
Do you want your ears plucked?”
Вот - нарвать уши...
But to talk of “plucking” ears also appeared incorrect to me.
One could “pluck” grass and flowers and nuts, but not ears.
Но и "нарвать уши" казалось мне неправильным: нарвать можно травы, цветов, орехов.
They tried to prove to me that ears could be plucked, but they did not convince me, and I said triumphantly:
Они пытались доказать мне, что уши тоже можно рвать, но это не убеждало меня, и я с торжеством говорил:
“Anyhow, you have not plucked my ears.”
- А всё-таки уши-то не оторваны!
All around me I saw much cruel insolence, filthy shamelessness.
It was far worse here than in the Kunavin streets, which were full of “houses of resort” and “street-walkers.”
Крутом было так много жестокого озорства, грязного бесстыдства неизмеримо больше, чем на улицах Кунавина, обильного "публичными домами", "гулящими" девицами.
Beneath the filth and brutality in Kunavin there was a something which made itself felt, and which seemed to explain it all — a strenuous, half-starved existence and hard work.
В Кунавине за грязью и озорством чувствовалось нечто, объяснявшее неизбежность озорства и грязи: трудная, полуголодная жизнь, тяжёлая работа.
But here they were overfed and led easy lives, and the work went on its way without fuss or worry.
Здесь жили сытно и легко, работу заменяла непонятная, ненужная сутолока, суета.
A corrosive, fretting weariness brooded over all.
И на всём здесь лежала какая-то едкая, раздражающая скука.
My life was hard enough, anyhow, but I felt it still harder when grandmother came to see me.
Плохо мне жилось, но ещё хуже чувствовал я себя, когда приходила в гости ко мне бабушка.
She would appear from the black flight of steps, enter the kitchen, cross herself before the icon, and then bow low to her younger sister.
That bow bent me down like a heavy weight, and seemed to smother me.
Она являлась с чёрного крыльца, входя в кухню, крестилась на образа, потом в пояс кланялась младшей сестре, и этот поклон, точно многопудовая тяжесть, сгибал меня, душил.
скачать в HTML/PDF
share