5#

К востоку от Эдема. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "К востоку от Эдема". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 756 книг и 2171 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 40 из 672  ←предыдущая следующая→ ...

He did not like fighting to start with, and far from learning to love it, as some men do, he felt an increasing revulsion for violence.
Начать хотя бы с того, что ему вовсе не нравилось воевать, и в отличие от некоторых он не только не сумел полюбить солдатское ремесло, но напротив — чем дальше, тем больше преисполнялся отвращения к насилию.
Several times his officers looked closely at him for malingering, but no charge was brought.
Поведение Адама не раз настораживало командиров, но обвинить его в пренебрежении воинским долгом они не могли.
During these five years of soldiering Adam did more detail work than any man in the squadron, but if he killed any enemy it was an accident of ricochet.
По числу внеочередных нарядов Адам за пять лет службы обогнал в эскадроне всех, а что до убитых им противников, то, если таковые и были, его пуля настигла их по чистой случайности или рикошетом.
Being a marksman and sharpshooter, he was peculiarly fitted to miss.
Отличный, меткий стрелок, он промахивался на удивление часто.
By this time the Indian fighting had become like dangerous cattle drives—the tribes were forced into revolt, driven and decimated, and the sad, sullen remnants settled on starvation lands.
Войны с индейцами тем временем превратились во что-то вроде опасных перегонов скота — индейцев подстрекали к мятежам, гнали с насиженных мест, большую часть истребляли, а затем остатки племен угрюмо оседали на голодных землях.
It was not nice work but, given the pattern of the country’s development, it had to be done.
И хотя работа эта была не из приятных, ее необходимость диктовалась направлением, в котором развивалась страна.
To Adam who was an instrument, who saw not the future farms but only the torn bellies of fine humans, it was revolting and useless.
Но Адам был лишь орудием истории, и взору его представали не будущие фермы, а лишь вспоротые животы здоровых красивых людей, и оттого эта важная работа казалась ему бессмысленной и гнусной.
When he fired his carbine to miss he was committing treason against his unit, and he didn’t care.
Каждый его сознательный выстрел мимо цели был изменой боевым товарищам, но Адама это не заботило.
The emotion of nonviolence was building in him until it became a prejudice like any other thought-stultifying prejudice.
Крепнувший в нем протест против насилия постепенно перерос в обычный предрассудок и точно так же, как любой другой предрассудок, сковывал полет мысли.
To inflict any hurt on anything for any purpose became inimical to him.
Не задумываясь над тем, кому и во имя какой цели причиняется боль, Адам отвергал насилие как таковое.
He became obsessed with this emotion, for such it surely was, until it blotted out any possible thinking in its area.
Сантименты — а что это было как не сантименты? — переполняли его настолько, что он был уже не способен вникнуть в суть дела умом.
But never was there any hint of cowardice in Adam’s army record.
Но при всем этом, как явствует из армейской характеристики Адама, никто не Мог бы упрекнуть его в трусости.
Indeed he was commended three times and then decorated for bravery.
Более того, ему трижды объявляли благодарность, и за свою отвагу он был награжден медалью.
As he revolted more and more from violence, his impulse took the opposite direction.
Чем больше он противился насилию, тем чаще подчинялся велению сердца и впадал в другую крайность.
He ventured his life a number of times to bring in wounded men.
Не раз он рисковал жизнью, вынося раненых с поля боя.
He volunteered for work in field hospitals even when he was exhausted from his regular duties.
И даже изнемогая от усталости, в свободное время добровольно помогал в полевых госпиталях.
He was regarded by his comrades with contemptuous affection and the unspoken fear men have of impulses they do not understand.
Соратники взирали на него со снисходительной улыбкой и с тем тайным страхом, который вызывают у людей чуждые им душевные порывы.
Charles wrote to his brother regularly—of the farm and the village, of sick cows and a foaling mare, of the added pasture and the lightning-struck barn, of Alice’s choking death from her consumption and his father’s move to a permanent paid position in the G.A.R. in Washington.
Карл писал брату часто — и про ферму, и про деревню; писал, что коровы болеют, что кобыла ожеребилась, что к их землям прибавились новые пастбища, что в сарай попала молния, что Алиса умерла от чахотки, что отец получил в СВР новую должность и переехал в Вашингтон.
скачать в HTML/PDF
share