StudyEnglishWords

6#

Межзвездный скиталец. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Межзвездный скиталец". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 542 книги и 1777 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 253 из 291  ←предыдущая следующая→ ...

Oh, believe me, my reader, it is a very ancient story.
О, поверьте мне, читатель, это старая сказка!
It was ancient in old Babylon, many a thousand years ago, as I well remember of that old time when I rotted in prison while palace intrigues shook the court.
Старой сказкой была она в Древнем Вавилоне за много лет до нашего времени -- и я очень хорошо помню время, когда я гнил в тюрьме, в то время как дворцовые интриги потрясали двор.
As I have said, every convict testified to the humaneness of Warden Atherton’s administration.
Как я уже говорил, каждый арестант свидетельствовал о гуманности управления смотрителя Этертона.
In fact, so touching were their testimonials to the kindness of the Warden, to the good and varied quality of the food and the cooking, to the gentleness of the guards, and to the general decency and ease and comfort of the prison domicile, that the opposition newspapers of San Francisco raised an indignant cry for more rigour in the management of our prisons, in that, otherwise, honest but lazy citizens would be seduced into seeking enrolment as prison guests.
Их свидетельства о доброте смотрителя, о хорошей и разнообразной еде и о варке этой еды, о снисходительности сторожей вообще, о полном благоприличии, удобствах и комфорте пребывания в тюрьме были так трогательны, что оппозиционные газеты Сан-Франциско подняли негодующий вопль, требуя большей строгости в управлении нашими тюрьмами -- иначе, мол, честные, но ленивые граждане соблазнятся и будут искать случая попасть в тюрьму!..
The Senate Committee even invaded solitary, where the three of us had little to lose and nothing to gain.
Сенатская комиссия явилась даже в одиночку, где нам троим нечего было ни терять, ни приобретать.
Jake Oppenheimer spat in its faces and told its members, all and sundry, to go to hell.
Джек Оппенгеймер плюнул им в рожи и послал членов комиссии, всех вместе и каждого порознь, к черту.
Ed Morrell told them what a noisome stews the place was, insulted the Warden to his face, and was recommended by the committee to be given a taste of the antiquated and obsolete punishments that, after all, must have been devised by previous Wardens out of necessity for the right handling of hard characters like him.
Эд Моррель рассказал им, какую гнусную клоаку представляет собою тюрьма, обругал смотрителя в лицо.
Комиссия рекомендовала дать ему отведать старинного наказания, которое было изобретено прежними смотрителями в силу необходимости управиться как-нибудь с закоренелыми типами вроде Морреля.
I was careful not to insult the Warden.
Я остерегся оскорбить смотрителя.
I testified craftily, and as a scientist, beginning with small beginnings, making an art of my exposition, step by step, by tiny steps, inveigling my senatorial auditors on into willingness and eagerness to listen to the next exposure, the whole fabric so woven that there was no natural halting place at which to drop a period or interpolate a query . . . in this fashion, thus, I got my tale across.
Я свидетельствовал искусно и как ученый, начав с самого начала и шаг за шагом заставляя моих сенатских слушателей с нетерпением дожидаться следующих деталей, и так ловко сплел я свой рассказ, что они не имели возможности вставить слово или вопрос... и таким образом заставил их выслушать все до конца!
Alas! no whisper of what I divulged ever went outside the prison walls.
Увы, ни словечка из того, что я рассказал, не просочилось за тюремные стены!
The Senate Committee gave a beautiful whitewash to Warden Atherton and San Quentin.
Сенатская комиссия дала прекрасную аттестацию смотрителю Этертону и всему СанКвэнтину.
The crusading San Francisco newspaper assured its working-class readers that San Quentin was whiter than snow, and further, that while it was true that the strait-jacket was still a recognized legal method of punishment for the refractory, that, nevertheless, at the present time, under the present humane and spiritually right-minded Warden, the strait-jacket was never, under any circumstance, used.
Открывшая крестовый поход сан-францисская газета уверила своих читателей из рабочего класса, что Сан-Квэнтин -- белее снега, и хотя смирительная рубашка является еще законным средством наказания ослушников, но в настоящее время, при гуманном и справедливом управлении смотрителя Этертона, к смирительной рубашке никогда, ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не прибегают.
скачать в HTML/PDF
share