6#

Похищение королевского рубина. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Похищение королевского рубина". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 797 книг и 2433 познавательных видеоролика в бесплатном доступе.

Последние добавленные на изучение слова (изучено 0 для этой книги)

страница 1 из 46  ←предыдущая следующая→ ...

Agatha Christie
Кристи Агата
THE THEFT OF THE ROYAL RUBY
Похищение королевского рубина
I regret exceedingly—” said M. Hercule Poirot.
— Весьма сожалею… — сказал Эркюль Пуаро.
He was interrupted.
Not rudely interrupted.
The interruption was suave, dexterous, persuasive rather than contradictory.
Но его прервали… Не грубо, нет, скорее почтительно, не противореча, а искусно пытаясь переубедить.
“Please don’t refuse offhand, M. Poirot.
— Пожалуйста, не отказывайтесь сразу, мсье Пуаро.
There are grave issues of State.
Это дело затрагивает серьёзные государственные интересы.
Your cooperation will be appreciated in the highest quarters.”
Ваша помощь получит достойную оценку в высших сферах.
“You are too kind,” Hercule Poirot waved a hand, “but I really cannot undertake to do as you ask.
— Вы чрезвычайно любезны, — Пуаро сделал рукой отстраняющий жест, — но я действительно не могу принять ваше предложение.
At this season of the year—”
В это время года…
Again Mr. Jesmond interrupted.
И снова мистер Джесмонд прервал его.
“Christmastime,” he said, persuasively.
— Рождественские праздники, — сказал он убедительно.
“An old-fashioned Christmas in the English countryside.”
— Подумайте только.
Рождество на старинный лад в английской деревне.
Hercule Poirot shivered.
Эркюль Пуаро содрогнулся.
The thought of the English countryside at this season of the year did not attract him.
Мысль об английской деревне в зимнее время нисколько его не привлекала.
“A good old-fashioned Christmas!”
Mr. Jesmond stressed it.
— Доброе старое Рождество, — подчеркнул мистер Джесмонд.
“Me—I am not an Englishman,” said Hercule Poirot.
— Но я ведь не англичанин, — заметил Пуаро.
“In my country, Christmas, it is for the children.
— В моей стране Рождество — это детский праздник.
The New Year, that is what we celebrate.”
Мы празднуем Новый год.
“Ah,” said Mr. Jesmond, “but Christmas in England is a great institution and I assure you at Kings Lacey you would see it at its best.
— В Англии, — сообщил мистер Джесмонд, — Рождеству придаётся большое значение, в Кингс Лейси вы увидите, как его у нас празднуют.
It’s a wonderful old house, you know.
Это, знаете ли, чудесный старинный дом.
Why, one wing of it dates from the fourteenth century.”
Один из его флигелей был построен ещё в четырнадцатом веке.
Again Poirot shivered.
Дрожь снова пробежала по спине Пуаро.
The thought of a fourteenth-century English manor house filled him with apprehension.
При одной мысли об английской усадьбе четырнадцатого века ему стало не по себе.
He had suffered too often in the historic country houses of England.
Он уже достаточно натерпелся в таких старинных загородных домах.
He looked round appreciatively at his comfortable modern flat with its radiators and the latest patent devices for excluding any kind of draught.
Пуаро одобрительно обвёл глазами своё комфортабельное жилище с многочисленными радиаторами и новейшими приспособлениями, исключающими всякую возможность сквозняков.
“In the winter,” he said firmly,
“I do not leave London.”
— Зимой, — твёрдо произнёс он, — я не покидаю Лондон.
“I don’t think you quite appreciate, M. Poirot, what a very serious matter this is.”
— Мне кажется, мсье Пуаро, вы недооцениваете серьёзность данного дела.
Mr. Jesmond glanced at his companion and then back at Poirot.
Мистер Джесмонд бросил взгляд на своего спутника, потом перевёл его на Пуаро.
Poirot’s second visitor had up to now said nothing but a polite and formal
“How do you do.”
Второй посетитель не произнёс ещё ничего, кроме нескольких вежливых слов при знакомстве.
He sat now, gazing down at his well-polished shoes, with an air of the utmost dejection on his coffee-coloured face.
He was a young man, not more than twenty-three, and he was clearly in a state of complete misery.
Это был молодой человек лет двадцати трёх, не больше.
Он сидел, уныло глядя на свои хорошо начищенные ботинки.
Смуглое лицо его выражало тревогу, он казался очень подавленным.
“Yes, yes,” said Hercule Poirot.
“Of course the matter is serious.
I do appreciate that.
His Highness has my heartfelt sympathy.”
— Да нет же, — возразил Пуаро, — я прекрасно понимаю, что дело очень серьёзное и от всей души сочувствую его высочеству.
скачать в HTML/PDF
share

←предыдущая следующая→ ...