StudyEnglishWords

4#

Преступление и наказание, Часть четвертая. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Преступление и наказание, Часть четвертая". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 542 книги и 1777 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 44 из 81  ←предыдущая следующая→ ...

Tell me," he went on almost in a frenzy, "how this shame and degradation can exist in you side by side with other, opposite, holy feelings?
Да скажи же мне наконец, - проговорил он, почти в исступлении, - как этакой позор и такая низость в тебе рядом с другими противоположными и святыми чувствами совмещаются?
It would be better, a thousand times better and wiser to leap into the water and end it all!"
Ведь справедливее, тысячу раз справедливее и разумнее было бы прямо головой в воду и разом покончить!
"But what would become of them?"
Sonia asked faintly, gazing at him with eyes of anguish, but not seeming surprised at his suggestion.
- А с ними-то что будет? - слабо спросила Соня, страдальчески взглянув на него, но вместе с тем как бы вовсе и не удивившись его предложению.
Raskolnikov looked strangely at her.
Раскольников странно посмотрел на нее.
He read it all in her face; so she must have had that thought already, perhaps many times, and earnestly she had thought out in her despair how to end it and so earnestly, that now she scarcely wondered at his suggestion.
Он все прочел в одном ее взгляде.
Стало быть, действительно у ней самой была уже эта мысль.
Может быть, много раз и серьезно, что теперь почти и не удивилась предложению его.
She had not even noticed the cruelty of his words. (The significance of his reproaches and his peculiar attitude to her shame she had, of course, not noticed either, and that, too, was clear to him.) But he saw how monstrously the thought of her disgraceful, shameful position was torturing her and had long tortured her.
Даже жестокости слов его не заметила (смысла укоров его и особенного взгляда его на ее позор, она, конечно, тоже не заметила, и это было видимо для него).
Но он понял вполне, до какой чудовищной боли истерзала ее, и уже давно, мысль о бесчестном и позорном ее положении.
"What, what," he thought, "could hitherto have hindered her from putting an end to it?"
Что же, что же бы могло, думал он, по сих пор останавливать решимость ее покончить разом?
Only then he realised what those poor little orphan children and that pitiful half-crazy Katerina Ivanovna, knocking her head against the wall in her consumption, meant for Sonia.
И тут только понял он вполне, что значили для нее эти бедные, маленькие дети-сироты и та жалкая, полусумасшедшая Катерина Ивановна, с своею чахоткой и со стуканием об стену головою.
But, nevertheless, it was clear to him again that with her character and the amount of education she had after all received, she could not in any case remain so.
Но тем не менее ему опять-таки было ясно, что Соня с своим характером и с тем все-таки развитием, которое она получила, ни в каком случае не могла так оставаться.
He was still confronted by the question, how could she have remained so long in that position without going out of her mind, since she could not bring herself to jump into the water?
Все-таки для него составляло вопрос: почему она так слишком уже долго могла оставаться в таком положении и не сошла с ума, если уж не в силах была броситься в воду?
Of course he knew that Sonia's position was an exceptional case, though unhappily not unique and not infrequent, indeed; but that very exceptionalness, her tinge of education, her previous life might, one would have thought, have killed her at the first step on that revolting path.
Конечно, он понимал, что положение Сони есть явление случайное в обществе, хотя, к несчастию, далеко не одиночное и не исключительное.
Но эта-то самая случайность, эта некоторая развитость и вся предыдущая жизнь ее могли бы, кажется, сразу убить ее при первом шаге на отвратительной дороге этой.
What held her up--surely not depravity?
Что же поддерживало ее?
Не разврат же?
All that infamy had obviously only touched her mechanically, not one drop of real depravity had penetrated to her heart; he saw that.
Весь этот позор, очевидно, коснулся ее только механически; настоящий разврат еще не проник ни одною каплей в ее сердце: он это видел; она стояла перед ним наяву...
скачать в HTML/PDF
share