5#

Странная история доктора Джекила и мистера Хайда. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Странная история доктора Джекила и мистера Хайда". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 704 книги и 2009 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

Последние добавленные на изучение слова (изучено 0 для этой книги)

страница 1 из 75  ←предыдущая следующая→ ...

Robert Louis Stevenson.
Роберт Льюис Стивенсон.
The strange case of dr.
Jekyll and mr. Hyde
Странная история доктора Джекила и мистера Хайда
Story of the Door
Mr. Utterson the lawyer was a man of a rugged countenance that was never lighted by a smile; cold, scanty and embarrassed in discourse; backward in sentiment; lean, long, dusty, dreary and yet somehow lovable.
История двери
Мистер Аттерсон, нотариус, чье суровое лицо никогда не освещала улыбка, был замкнутым человеком, немногословным и неловким в обществе, сухопарым, пыльным, скучным и все-таки очень симпатичным.
At friendly meetings, and when the wine was to his taste, something eminently human beaconed from his eye; something indeed which never found its way into his talk, but which spoke not only in these silent symbols of the after-dinner face, but more often and loudly in the acts of his life.
В кругу друзей и особенно когда вино ему нравилось, в его глазах начинал теплиться огонек мягкой человечности, которая не находила доступа в его речь; зато она говорила не только в этих безмолвных средоточиях послеобеденного благодушия, но и в его делах, причем куда чаще и громче.
He was austere with himself; drank gin when he was alone, to mortify a taste for vintages; and though he enjoyed the theater, had not crossed the doors of one for twenty years.
Он был строг с собой: когда обедал в одиночестве, то, укрощая вожделение к тонким винам, пил джин и, горячо любя драматическое искусство, более двадцати лет не переступал порога театра.
But he had an approved tolerance for others; sometimes wondering, almost with envy, at the high pressure of spirits involved in their misdeeds; and in any extremity inclined to help rather than to reprove.
Однако к слабостям ближних он проявлял достохвальную снисходительность, порой с легкой завистью дивился буйному жизнелюбию, крывшемуся в их грехах, а когда для них наступал час расплаты, предпочитал помогать, а не порицать.
"I incline to Cain's heresy," he used to say quaintly:
- Я склонен к каиновой ереси, говаривал он со скрытой усмешкой.
"I let my brother go to the devil in his own way."
Я не мешаю брату моему искать погибели, которая ему по вкусу.
In this character, it was frequently his fortune to be the last reputable acquaintance and the last good influence in the lives of downgoing men.
А потому судьба часто судила ему быть последним порядочным знакомым многих опустившихся людей и последним добрым влиянием в их жизни.
And to such as these, so long as they came about his chambers, he never marked a shade of change in his demeanour.
И когда они к нему приходили, он держался с ними точно так же, как прежде.
No doubt the feat was easy to Mr. Utterson; for he was undemonstrative at the best, and even his friendship seemed to be founded in a similar catholicity of good-nature.
Без сомнения, мистеру Аттерсону это давалось легко, так как он всегда был весьма сдержан, и даже дружба его, казалось, проистекала все из той же вселенской благожелательности.
It is the mark of a modest man to accept his friendly circle ready-made from the hands of opportunity; and that was the lawyer's way.
Скромным натурам свойственно принимать свой дружеский круг уже готовым из рук случая; этому правилу следовал и наш нотариус.
His friends were those of his own blood or those whom he had known the longest; his affections, like ivy, were the growth of time, they implied no aptness in the object.
Он дружил либо с родственниками, либо с давними знакомыми; его привязанность, подобно плющу, питалась временем и ничего не говорила о достоинствах того, кому она принадлежала.
Hence, no doubt the bond that united him to Mr. Richard Enfield, his distant kinsman, the well-known man about town.
Именно такого рода, вероятно, были и те узы дружбы, которые связывали нотариуса с его дальним родственником мистером Ричардом Энфилдом, известным лондонским бонвиваном.
скачать в HTML/PDF
share

←предыдущая следующая→ ...

основано на 3 оценках: 5 из 5 1