6#

Яма. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Яма". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2622 познавательных видеоролика в бесплатном доступе.

страница 288 из 351  ←предыдущая следующая→ ...

He carelessly caught the watermelons, just as carelessly threw them over, and to his amazement suddenly felt that precisely just now he had gotten into the real swing of the work with all his muscles, sight, and breathing; and understood, that the most important thing was not to think at all of the watermelons representing some value, and that then everything went well.
Он небрежно ловил арбузы, так же небрежно их перебрасывал и, к своему удивлению, вдруг почувствовал, что именно теперь-то он весь со своими мускулами, зрением и дыханием вошел в настоящий пульс работы, и понял, что самым главным было вовсе не думать о том, что арбуз представляет собой какую-то стоимость, и тогда все идет хорошо.
When he, finally, had fully mastered this art, it served him for a long time as a pleasant and entertaining athletic game of its own kind.
Когда он, наконец, совсем овладел этим искусством, то долгое время оно служило для него своего рода приятной и занимательной атлетической игрой.
But that, too, passed away.
Но и это прошло.
He reached, in, the end, the stage where he felt himself a will-less, mechanical wheel in a general machine consisting of five men and an endless chain of flying watermelons.
Он дошел, наконец, до того, что стал чувствовать себя безвольным, механически движущимся колесом общей машины, состоявшей из пяти человек, и бесконечной цепи летящих арбузов.
Now he was number two.
Теперь он был вторым номером.
Bending downward rhythmically, he, without looking, received with both hands the cold, springy, heavy watermelon; swung it to the right; and, also almost without looking, or looking only out of the corner of his eye, tossed it downward, and immediately once again bent down for the next watermelon.
Наклоняясь ритмически вниз, он, не глядя, принимал в обе руки холодный, упругий, тяжелый арбуз, раскачивал его вправо и, тоже почти не глядя или глядя только краем глаза, швырял его вниз и сейчас же опять нагибался за следующим арбузом.
And his ear seized at this time how smack-smack … smack-smack… the caught watermelons slapped in the hands; and immediately bent downwards and again threw, letting the air out of himself noisily— ghe… ghe…
И ухо его улавливало в это время, как чмок-чмок... чмок-чмок... шлепались в руках пойманные арбузы, и тотчас же нагибался вниз и опять бросал, с шумом выдыхая из себя воздух – гхе... гхе...
The present work was very profitable; their gang, consisting of forty men, had taken on the work, thanks to the great rush, not by the day but by the amount of work done, by the waggon load.
Сегодняшняя работа была очень выгодной: их артель, состоявшая из сорока человек, взялась благодаря большой спешке за работу не поденно, а сдельно, по-подводно.
Zavorotny, the head— an enormous, mighty Poltavian— had succeeded with extreme deftness in getting around the owner; a young man, and, to boot, in all probability not very experienced as yet.
Старосте – огромному, могучему полтавцу Заворотному удалось чрезвычайно ловко обойти хозяина, человека молодого и, должно быть, еще не очень опытного.
The owner, it is true, came to his senses later and wanted to change the stipulations; but experienced melon growers dissuaded him from it in time:
Хозяин, правда, спохватился позднее и хотел переменить условия, но ему вовремя отсоветовали опытные бахчевники.
“Drop it.
«Бросьте.
They’ll kill you,” they told him simply and firmly.
Убьют», – сказали ему просто и твердо.
And so, through this very stroke of good luck every member of the gang was now earning up to four roubles a day.
Вот из-за этой-то удачи каждый член артели зарабатывал теперь до четырех рублей в сутки.
They all worked with unusual ardour, even with some sort of vehemence; and if it had been possible to measure with some apparatus the labour of each one of them, then, in all probability, the number of units of energy created would have equalled the work of a large Voronezhian train horse.
Все они работали с необыкновенным усердием, даже с какой-то яростью, и если бы возможно было измерить каким-нибудь прибором работу каждого из них, то, наверно, по количеству сделанных пудо-футов она равнялась бы рабочему дню большого воронежского битюга.
скачать в HTML/PDF
share