5#

Великий Гэтсби. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Великий Гэтсби". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 766 книг и 2226 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 102 из 138  ←предыдущая следующая→ ...

But with every word she was drawing further and further into herself, so he gave that up, and only the dead dream fought on as the afternoon slipped away, trying to touch what v/as no longer tangible, struggling unhappily, undespairingly, toward that lost voice across the room.
Но она с каждым его словом все глубже уходила в себя, и в конце концов он умолк; только рухнувшая мечта еще билась, оттягивая время, цепляясь за то, чего уже нельзя было удержать, отчаянно, безнадежно ловя знакомый голос, так жалобно звучавший в другом конце комнаты.
The voice begged again to go.
А голос все взывал:
“Please, Tom!
— Том, ради бога, уедем!
I can’t stand this any more.”
Я не могу больше!
Her frightened eyes told that whatever intentions, whatever courage she had had, were definitely gone.
Испуганные глаза Дэзи ясно говорили, что от всей ее решимости, от всего мужества, которое она собрала в себе, не осталось и следа.
“You two start on home.
Daisy,” said Tom.
— Ты поезжай с мистером Гэтсби, Дэзи, — сказал Том.
“In Mr. Gatsby’s car.”
— В его машине.
She looked at Tom, alarmed now, but he insisted with magnanimous scorn.
Она вскинула на него тревожный взгляд, но он настаивал с великодушием презрения:
“Go on.
— Поезжай.
He won’t annoy you.
Он тебе не будет докучать.
I think he realizes that his presumptuous little flirtation is over.”
Я полагаю, он понял, что его претенциозный маленький роман окончен.
They were gone, without a word, snapped out, made accidental, isolated, like ghosts, even from our pity.
И они ушли вдвоем, без единого слова, исчезли, как призраки, одинокие и отторгнутые от всего, даже от нашей жалости.
After a moment Tom got up and began wrapping the unopened bottle of whiskey in the towel.
Том взял полотенце и стал снова завертывать нераскупоренную бутылку виски.
“Want any of this stuff?
— Может, кто-нибудь все-таки выпьет?
Jordan? … Nick?”
Джордан?… Ник?
I didn’t answer.
Я молчал.
“Nick?”
Он окликнул еще раз:
He asked again.
— Ник?
“What?”
— Что?
“Want any?”
— Может, выпьешь?
“No … I just remembered that today’s my birthday.”
— Нет… Я сейчас только вспомнил, что сегодня день моего рождения.
I was thirty.
Мне исполнилось тридцать.
Before me stretched the portentous, menacing road of a new decade.
Впереди, неприветливая и зловещая, пролегла дорога нового десятилетия.
It was seven o’clock when we got into the coupe with him and started for Long Island.
Было уже семь часов, когда мы втроем уселись в синий «фордик» и тронулись в обратный путь.
Tom talked incessantly, exulting and laughing, but his voice was as remote from Jordan and me as the foreign clamor on the sidewalk or the tumult of the elevated overhead.
Том говорил без умолку, шутил, смеялся, но его голос скользил, не задевая наших мыслей, как уличный гомон, как грохот надземки вверху.
Human sympathy has its limits, and we were content to let all their tragic arguments fade with the city lights behind.
Сочувствие ближнему имеет пределы, и мы охотно оставляли этот чужой трагический спор позади вместе с отсветами городских огней.
Thirty—the promise of a decade of loneliness, a thinning list of single men to know, a thinning briefcase of enthusiasm, thinning hair.
Тридцать — это значило еще десять лет одиночества, все меньше друзей-холостяков, все меньше нерастраченных сил, все меньше волос на голове.
But there was Jordan beside me, who, unlike Daisy, was too wise ever to carry well-forgotten dreams from age to age.
Но рядом была Джордан, в отличие от Дэзи не склонная наивно таскать за собою из года в год давно забытые мечты.
As we passed over the dark bridge her wan face fell lazily against my coat’s shoulder and the formidable stroke of thirty died away with the reassuring pressure of her hand.
Когда замелькали мимо темные переплеты моста, ее бледное личико лениво склонилось к моему плечу и ободряющее пожатие ее руки умерило обрушившуюся на меня тяжесть тридцатилетия.
So we drove on toward death through the cooling twilight.
Так мы мчались навстречу смерти в сумраке остывающего дня.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 20 оценках: 4 из 5 1