StudyEnglishWords

5#

Великий Гэтсби. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Великий Гэтсби". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 542 книги и 1777 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 38 из 138  ←предыдущая следующая→ ...

“However, I don’t believe it.”
— Впрочем, я этому не верю.
“Why not?”
— Почему?
“I don’t know,” she insisted,
— Сама не знаю, — решительно сказала она.
“I just don’t think he went there.”
— Просто мне кажется, что никогда он в Оксфорде не был.
Something in her tone reminded me of the other girl’s
Что-то в ее тоне напоминало слова желтой девицы:
“I think he killed a man,” and had the effect of stimulating my curiosity.
«Мне кажется, что он убийца», — и это лишь подстрекнуло мое любопытство.
I would have accepted without question the information that Gatsby sprang from the swamps of Louisiana or from the lower East Side of New York.
Пусть бы мне сказали, что Гэтсби — выходец с луизианских болот или из самых нищенских кварталов нью-йоркского Ист-Сайда, я бы не удивился и не задумался.
That was comprehensible.
В этом не было ничего невероятного.
But young men didn’t—at least in my provincial inexperience I believed they didn’t—drift coolly out of nowhere and buy a palace on Long Island Sound.
Но чтобы молодые люди выскакивали просто ниоткуда и покупали себе дворцы на берегу пролива Лонг-Айленд — так не бывает; по крайней мере, я, неискушенный провинциал, считал, что так не бывает.
“Anyhow, he gives large parties,” said Jordan, changing the subject with an urban distaste for the concrete.
— Во всяком случае, у него всегда собирается много народу, — сказала Джордан, уходя от разговора с чисто городской нелюбовью к конкретности.
“And I like large parties.
— А мне нравятся многолюдные сборища.
They’re so intimate.
На них как-то уютнее.
At small parties there isn’t any privacy.”
В небольшой компании никогда не чувствуешь себя свободно.
There was the boom of a bass drum, and the voice of the orchestra leader rang out suddenly above the echolalia of the garden.
В оркестре бухнул большой барабан, и дирижер вдруг звонко выкрикнул, перекрывая многоголосый гомон:
“Ladies and gentlemen,” he cried.
— Леди и джентльмены!
“At the request of Mr. Gatsby we are going to play for you Mr. Vladimir Tostoff’s latest work, which attracted so much attention at Carnegie Hall last May.
По просьбе мистера Гэтсби мы сейчас сыграем вам новую вещь Владимира Тостова, которая в мае произвела такое большое впечатление в Карнеги-холле.
If you read the papers, you know there was a big sensation.”
Читатели газет, вероятно, помнят, что это была настоящая сенсация.
He smiled with jovial condescension, and added:
“Some sensation!”
— Он улыбнулся снисходительно-весело и добавил: — Фу-рор!
Whereupon everybody laughed.
Кругом засмеялись.
“The piece is known,” he concluded lustily, “as Vladimir Tostoff’s Jazz History of the World.”
— Итак, — он еще повысил голос: — Владимир Тостов,
«Джазовая история человечества».
The nature of Mr. Tostoff’s composition eluded me, because just as it began my eyes fell on Gatsby, standing alone on the marble steps and looking from one group to another with approving eyes.
Но мне не суждено было оценить произведения мистера Тостова, потому что при первых же тактах музыки я вдруг увидел Гэтсби.
His tanned skin was drawn attractively tight on his face and his short hair looked as though it were trimmed every day.
Он стоял на верхней ступеньке мраморной лестницы и с довольным видом оглядывал группу за группой.
Смуглая от загара кожа приятно обтягивала его лицо, короткие волосы лежали так аккуратно, словно их подстригали каждый день.
I could see nothing sinister about him.
Ничего зловещего я в нем усмотреть не мог.
I wondered if the fact that he was not drinking helped to set him off from his guests, for it seemed to me that he grew more correct as the fraternal hilarity increased.
Быть может, то, что он совсем не пил, и выделяло его из толпы гостей — ведь чем шумней становилось общее веселье, тем он, казалось, больше замыкался в своей корректной сдержанности.
When the Jazz History of the World was over, girls were putting their heads on men’s shoulders in a puppyish, convivial way, girls were swooning backward playfully into men’s arms, even into groups, knowing that some one would arrest their falls—but no one swooned backward on Gatsby, and no French bob touched Gatsby’s shoulder, and no singing quartets were formed with Gatsby’s head for one link.
Под заключительные звуки
«Джазовой истории человечества» одни девицы с кокетливой фамильярностью склонялись к мужчинам на плечо, другие, пошатнувшись, притворно падали в обморок, не сомневаясь, что их подхватят крепкие мужские руки — и, может быть, даже не одни; но никто не падал в обморок на руки Гэтсби, и ничья под мальчишку остриженная головка не касалась его плеча, и ни один импровизированный вокальный квартет не составлялся с его участием.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 12 оценках: 5 из 5 1