5#

Война и мир. Книга первая: 1805. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Война и мир. Книга первая: 1805". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 682 книги и 1999 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 122 из 134  ←предыдущая следующая→ ...

He laughed in his usual dry, cold, unpleasant way, with his lips only and not with his eyes.
Он засмеялся сухо, холодно, неприятно, как он всегда смеялся, одним ртом, а не глазами.
"You must walk, walk as much as possible, as much as possible," he said.
– Ходить надо, ходить, как можно больше, как можно больше, – сказал он.
The little princess did not, or did not wish to, hear his words.
Маленькая княгиня не слыхала или не хотела слышать его слов.
She was silent and seemed confused.
Она молчала и казалась смущенною.
The prince asked her about her father, and she began to smile and talk.
Князь спросил ее об отце, и княгиня заговорила и улыбнулась.
He asked about mutual acquaintances, and she became still more animated and chattered away giving him greetings from various people and retailing the town gossip.
Он спросил ее об общих знакомых: княгиня еще более оживилась и стала рассказывать, передавая князю поклоны и городские сплетни.
"Countess Apraksina, poor thing, has lost her husband and she has cried her eyes out," she said, growing more and more lively.
– La comtesse Apraksine, la pauvre, a perdu son Mariei, et elle a pleuré les larmes de ses yeux, [Княгиня Апраксина, бедняжка, потеряла своего мужа и выплакала все глаза свои,] – говорила она, всё более и более оживляясь.
As she became animated the prince looked at her more and more sternly, and suddenly, as if he had studied her sufficiently and had formed a definite idea of her, he turned away and addressed Michael Ivanovich.
По мере того как она оживлялась, князь всё строже и строже смотрел на нее и вдруг, как будто достаточно изучив ее и составив себе ясное о ней понятие, отвернулся от нее и обратился к Михайлу Ивановичу.
"Well, Michael Ivanovich, our Bonaparte will be having a bad time of it.
– Ну, что, Михайла Иванович, Буонапарте‑то нашему плохо приходится.
Prince Andrew" (he always spoke thus of his son) "has been telling me what forces are being collected against him!
Как мне князь Андрей (он всегда так называл сына в третьем лице) порассказал, какие на него силы собираются!
While you and I never thought much of him."
А мы с вами всё его пустым человеком считали.
Michael Ivanovich did not at all know when "you and I" had said such things about Bonaparte, but understanding that he was wanted as a peg on which to hang the prince's favorite topic, he looked inquiringly at the young prince, wondering what would follow.
Михаил Иванович, решительно не знавший, когда это мы с вами говорили такие слова о Бонапарте, но понимавший, что он был нужен для вступления в любимый разговор, удивленно взглянул на молодого князя, сам не зная, что из этого выйдет.
"He is a great tactician!" said the prince to his son, pointing to the architect.
– Он у меня тактик великий! – сказал князь сыну, указывая на архитектора.
And the conversation again turned on the war, on Bonaparte, and the generals and statesmen of the day.
И разговор зашел опять о войне, о Бонапарте и нынешних генералах и государственных людях.
The old prince seemed convinced not only that all the men of the day were mere babies who did not know the A B C of war or of politics, and that Bonaparte was an insignificant little Frenchy, successful only because there were no longer any Potemkins or Suvorovs left to oppose him; but he was also convinced that there were no political difficulties in Europe and no real war, but only a sort of puppet show at which the men of the day were playing, pretending to do something real.
Старый князь, казалось, был убежден не только в том, что все теперешние деятели были мальчишки, не смыслившие и азбуки военного и государственного дела, и что Бонапарте был ничтожный французишка, имевший успех только потому, что уже не было Потемкиных и Суворовых противопоставить ему; но он был убежден даже, что никаких политических затруднений не было в Европе, не было и войны, а была какая‑то кукольная комедия, в которую играли нынешние люди, притворяясь, что делают дело.
скачать в HTML/PDF
share