5#

Война и мир. Книга первая: 1805. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Война и мир. Книга первая: 1805". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 663 книги и 1938 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 74 из 134  ←предыдущая следующая→ ...

Sometimes that same look fell on Pierre, and that funny lively little girl's look made him inclined to laugh without knowing why.
Этот самый взгляд ее иногда обращался на Пьера, и ему под взглядом этой смешной, оживленной девочки хотелось смеяться самому, не зная чему.
Nicholas sat at some distance from Sonya, beside Julie Karagina, to whom he was again talking with the same involuntary smile.
Николай сидел далеко от Сони, подле Жюли Карагиной, и опять с той же невольной улыбкой что‑то говорил с ней.
Sonya wore a company smile but was evidently tormented by jealousy; now she turned pale, now blushed and strained every nerve to overhear what Nicholas and Julie were saying to one another.
Соня улыбалась парадно, но, видимо, мучилась ревностью: то бледнела, то краснела и всеми силами прислушивалась к тому, что говорили между собою Николай и Жюли.
The governess kept looking round uneasily as if preparing to resent any slight that might be put upon the children.
Гувернантка беспокойно оглядывалась, как бы приготавливаясь к отпору, ежели бы кто вздумал обидеть детей.
The German tutor was trying to remember all the dishes, wines, and kinds of dessert, in order to send a full description of the dinner to his people in Germany; and he felt greatly offended when the butler with a bottle wrapped in a napkin passed him by.
Гувернер‑немец старался запомнить вое роды кушаний, десертов и вин с тем, чтобы описать всё подробно в письме к домашним в Германию, и весьма обижался тем, что дворецкий, с завернутою в салфетку бутылкой, обносил его.
He frowned, trying to appear as if he did not want any of that wine, but was mortified because no one would understand that it was not to quench his thirst or from greediness that he wanted it, but simply from a conscientious desire for knowledge.
Немец хмурился, старался показать вид, что он и не желал получить этого вина, но обижался потому, что никто не хотел понять, что вино нужно было ему не для того, чтобы утолить жажду, не из жадности, а из добросовестной любознательности.
CHAPTER XIX
XIX
At the men's end of the table the talk grew more and more animated.
На мужском конце стола разговор всё более и более оживлялся.
The colonel told them that the declaration of war had already appeared in Petersburg and that a copy, which he had himself seen, had that day been forwarded by courier to the commander in chief.
Полковник рассказал, что манифест об объявлении войны уже вышел в Петербурге и что экземпляр, который он сам видел, доставлен ныне курьером главнокомандующему.
"And why the deuce are we going to fight Bonaparte?" remarked Shinshin.
– И зачем нас нелегкая несет воевать с Бонапартом? – сказал Шиншин. – II a déjà rabattu le caquet à l'Autriche.
"He has stopped Austria's cackle and I fear it will be our turn next."
Je crains, que cette fois ce ne soit notre tour. [Он уже сбил спесь с Австрии.
Боюсь, не пришел бы теперь наш черед.]
The colonel was a stout, tall, plethoric German, evidently devoted to the service and patriotically Russian.
Полковник был плотный, высокий и сангвинический немец, очевидно, служака и патриот.
He resented Shinshin's remark.
Он обиделся словами Шиншина.
"It is for the reasson, my goot sir," said he, speaking with a German accent, "for the reasson zat ze Emperor knows zat.
– А затэ м, мы лосты вый государ, – сказал он, выговаривая э вместо е и ъ вместо ь . – Затэм, что импэ ратор это знаэ т.
He declares in ze manifessto zat he cannot fiew wiz indifference ze danger vreatening Russia and zat ze safety and dignity of ze Empire as vell as ze sanctity of its alliances..." he spoke this last word with particular emphasis as if in it lay the gist of the matter.
Он в манифэ стэ сказал, что нэ можэ т смотрэт равнодушно на опасности, угрожающие России, и что бэ зопасност империи, достоинство ее и святост союзов , – сказал он, почему‑то особенно налегая на слово «союзов», как будто в этом была вся сущность дела.
скачать в HTML/PDF
share