4#

Источник. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Источник". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 783 книги и 2336 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 137 из 928  ←предыдущая следующая→ ...

He was not a grubbing builder nor a businessman.
Он не был ни бездуховным строителем-трудягой, ни бизнесменом.
He was, he stated firmly, a man of ideals.
Он был, как сам он твёрдо заявлял, человеком с идеалами.
He denounced the deplorable state of American architecture and the unprincipled eclecticism of its practitioners.
Он гневно осуждал прискорбное состояние американской архитектуры и беспринципный эклектизм архитекторов.
In any period of history, he declared, architects built in the spirit of their own time, and did not pick designs from the past; we could be true to history only in heeding her law, which demanded that we plant the roots of our art firmly in the reality of our own life.
Он заявлял, что в любой исторический период архитекторы творили в духе своего времени, а не искали образцы для подражания в прошлом.
«Мы можем сохранять верность истории, лишь подчиняясь её законам, которые требуют, чтобы корни нашего искусства глубоко уходили в почву того времени, в котором мы живём».
He decried the stupidity of erecting buildings that were Greek, Gothic or Romanesque; let us, he begged, be modern and build in the style that belongs to our days.
Он открыто выступал против сооружения зданий в греческом, готическом или романском стиле.
Он призывал быть современными и строить в том стиле, который соответствует духу нашего времени.
He had found that style.
И Холкомб нашёл такой стиль.
It was Renaissance.
Это было Возрождение.
He stated his reasons clearly.
Он чётко формулировал свои принципы.
Inasmuch, he pointed out, as nothing of great historical importance had happened in the world since the Renaissance, we should consider ourselves still living in that period; and all the outward forms of our existence should remain faithful to the examples of the great masters of the sixteenth century.
Поскольку, утверждал он, в мире со времён Возрождения ничего особо выдающегося не произошло, мы должны считать себя всё ещё живущими в ту эпоху.
И все внешние формы нашего существования должны быть верны образцам великих мастеров шестнадцатого века.
He had no patience with the few who spoke of a modern architecture in terms quite different from his own; he ignored them; he stated only that men who wanted to break with all of the past were lazy ignoramuses, and that one could not put originality above Beauty.
Он терпеть не мог тех немногих, кто говорил о современной архитектуре с совершенно иных позиций.
Он старался их не замечать и ограничивался утверждением, что люди, которые хотят порвать со всем прошлым, суть лентяи и невежды и что никто не имеет права ставить оригинальность выше Красоты.
His voice trembled reverently on that last word.
На этом последнем слове его голос дрожал от благоговения.
He accepted nothing but stupendous commissions.
He specialized in the eternal and the monumental.
Он принимал только очень крупные заказы, будучи специалистом по Вечному и Монументальному.
He built a great many memorials and capitols.
Он построил несчётное количество мемориалов и капитолиев.
He designed for International Expositions.
Ему принадлежали проекты многих Международных выставок.
He built like a composer improvising under the spur of a mystic guidance.
Он творил, как творят некоторые композиторы, импровизируя под воздействием неведомых высших сил.
He had sudden inspirations.
Вдохновение осеняло его внезапно.
He would add an enormous dome to the flat roof of a finished structure, or encrust a long vault with gold-leaf mosaic, or rip off a facade of limestone to replace it with marble.
Тогда он добавлял неимоверный купол к плоской крыше законченного здания, или украшал длинный свод мозаикой из золотых листьев, или скалывал с фасада штукатурку, заменяя её мрамором.
His clients turned pale, stuttered — and paid.
Клиенты бледнели, заикались — но платили.
His imperial personality carried him to victory in any encounter with a client's thrift; behind him stood the stern, unspoken, overwhelming assertion that he was an Artist.
Его внушительная внешность неизменно выводила его в победители в любых схватках с кошельком клиента.
За его спиной стояло всеобщее неколебимое и всемогущее убеждение, что он — Художник с большой буквы.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1