4#

Портрет Дориана Грея. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Портрет Дориана Грея". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 736 книг и 2112 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 165 из 222  ←предыдущая следующая→ ...

Basil had been with him part of the time, and had gone wild over Tintoret.
В Венеции тогда некоторое время жил и Бэзил.
Он был без ума от Тинторетто.
Poor Basil! what a horrible way for a man to die!
Бедный Бэзил!
Какая ужасная смерть!
He sighed, and took up the volume again, and tried to forget.
Дориан вздохнул и, чтобы отвлечься от этих мыслей, снова принялся перечитывать стихи Готье.
He read of the swallows that fly in and out of the little café at Smyrna where the Hadjis sit counting their amber beads and the turbaned merchants smoke their long tasselled pipes and talk gravely to each other; he read of the Obelisk in the Place de la Concorde that weeps tears of granite in its lonely sunless exile, and longs to be back by the hot lotus-covered Nile, where there are Sphinxes, and rose-red ibises, and white vultures with gilded claws, and crocodiles, with small beryl eyes, that crawl over the green steaming mud; he began to brood over those verses which, drawing music from kiss-stained marble, tell of that curious statue that Gautier compares to a contralto voice, the "monstre charmant" that couches in the porphyry-room of the Louvre.
Он читал о маленьком кафе в Смирне, где в окна то и дело влетают ласточки, где сидят хаджи, перебирая янтарные четки, где купцы в чалмах курят длинные трубки с кисточками и ведут между собой степенную и важную беседу.
Читал об Обелиске на площади Согласия, который в своем одиноком изгнании льет гранитные слезы, тоскуя по солнцу и знойному, покрытому лотосами Нилу, стремясь туда, в страну сфинксов, где живут розовые ибисы и белые грифы с золочеными когтями, где крокодилы с маленькими берилловыми глазками барахтаются в зеленом дымящемся иле...
Потом Дориан задумался над теми стихами, что, извлекая музыку из зацелованного мрамора, поют о необыкновенной статуе, которую Готье сравнивает с голосом контральто и называет дивным чудовищем, monstre charmant -- об изваянии, которое покоится в порфировом зале Лувра.
But after a time the book fell from his hand.
Но вскоре книга выпала из рук Дориана.
He grew nervous, and a horrible fit of terror came over him.
Им овладело беспокойство, потом приступ дикого страха.
What if Alan Campbell should be out of England?
Что, если Алан Кэмпбел уехал из Англии?
Days would elapse before he could come back.
До его возвращения может пройти много дней.
Perhaps he might refuse to come.
Или вдруг Алан не захочет прийти к нему в дом?
What could he do then?
Что тогда делать?
Every moment was of vital importance.
Ведь каждая минута дорога!
They had been great friends once, five years before—almost inseparable, indeed.
Пять лет назад они с Аланом были очень дружны, почти неразлучны.
Then the intimacy had come suddenly to an end.
Потом дружба их внезапно оборвалась.
When they met in society now, it was only Dorian Gray who smiled; Alan Campbell never did.
И когда они встречались в свете, улыбался только Дориан Грей, Алан Кэмпбел -- никогда.
He was an extremely clever young man, though he had no real appreciation of the visible arts, and whatever little sense of the beauty of poetry he possessed he had gained entirely from Dorian.
Кэмпбел был высокоодаренный молодой человек, по ничего по понимал в изобразительном искусстве, и если немного научился понимать красоты поэзии, то этим был целиком обязан Дориану.
His dominant intellectual passion was for science.
Единственной страстью Алана была наука.
At Cambridge he had spent a great deal of his time working in the Laboratory, and had taken a good class in the Natural Science Tripos of his year.
В Кембридже он проводил много времени в лабораториях и с отличием окончил курс естественных наук.
Indeed, he was still devoted to the study of chemistry, and had a laboratory of his own, in which he used to shut himself up all day long, greatly to the annoyance of his mother, who had set her heart on his standing for Parliament, and had a vague idea that a chemist was a person who made up prescriptions.
Он и теперь увлекался химией, у него была собственная лаборатория, где он просиживал целые дни, к великому неудовольствию матери, которая жаждала для сына парламентской карьеры, о химии же имела представление весьма смутное и полагала, что химик -- это что-то вроде аптекаря.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 12 оценках: 4 из 5 1