4#

Преступление и наказание, Часть вторая. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Преступление и наказание, Часть вторая". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 760 книг и 2198 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 99 из 109  ←предыдущая следующая→ ...

A single candle-end lighted up the scene.
Один только огарок освещал всю сцену.
At that moment Polenka forced her way through the crowd at the door.
В эту минуту из сеней, сквозь толпу, быстро протеснилась Поленька, бегавшая за сестрой.
She came in panting from running so fast, took off her kerchief, looked for her mother, went up to her and said,
Она вошла, едва переводя дух от скорого бега, сняла с себя платок, отыскала глазами мать, подошла к ней и сказала:
"She's coming, I met her in the street."
"Идет! на улице встретила!"
Her mother made her kneel beside her.
Мать пригнула ее на колени и поставила подле себя.
Timidly and noiselessly a young girl made her way through the crowd, and strange was her appearance in that room, in the midst of want, rags, death and despair.
Из толпы, неслышно и робко, протеснилась девушка, и странно было ее внезапное появление в этой комнате, среди нищеты, лохмотьев, смерти и отчаяния.
She, too, was in rags, her attire was all of the cheapest, but decked out in gutter finery of a special stamp, unmistakably betraying its shameful purpose.
Она была тоже в лохмотьях; наряд ее был грошовый, но разукрашенный по-уличному, под вкус и правила, сложившиеся в своем особом мире, с ярко и позорно выдающеюся целью.
Sonia stopped short in the doorway and looked about her bewildered, unconscious of everything.
She forgot her fourth-hand, gaudy silk dress, so unseemly here with its ridiculous long train, and her immense crinoline that filled up the whole doorway, and her light-coloured shoes, and the parasol she brought with her, though it was no use at night, and the absurd round straw hat with its flaring flame-coloured feather.
Соня остановилась в сенях у самого порога, но не переходила за порог и глядела как потерянная, не сознавая, казалось, ничего, забыв и о своем перекупленном из четвертых рук, шелковом, неприличном здесь, цветном платье с длиннейшим и смешным хвостом, и необъятном кринолине, загородившем всю дверь, и о светлых ботинках, и об омбрельке, ненужной ночью, но которую она взяла с собой, и о смешной соломенной круглой шляпке с ярким огненного цвета пером.
Under this rakishly-tilted hat was a pale, frightened little face with lips parted and eyes staring in terror.
Из-под этой надетой мальчишески набекрень шляпки выглядывало худое, бледное и испуганное личико с раскрытым ртом и с неподвижными от ужаса глазами.
Sonia was a small thin girl of eighteen with fair hair, rather pretty, with wonderful blue eyes.
Соня была малого роста, лет восемнадцати, худенькая, но довольно хорошенькая блондинка, с замечательными голубыми глазами.
She looked intently at the bed and the priest; she too was out of breath with running.
Она пристально смотрела на постель, на священника; она тоже задыхалась от скорой ходьбы.
At last whispers, some words in the crowd probably, reached her.
Наконец шушуканье, некоторые слова в толпе, вероятно, до нее долетели.
She looked down and took a step forward into the room, still keeping close to the door.
Она потупилась, переступила шаг через порог и стала в комнате, но опять-таки в самых дверях.
The service was over.
Исповедь и причащение кончились.
Katerina Ivanovna went up to her husband again.
Катерина Ивановна снова подошла к постели мужа.
The priest stepped back and turned to say a few words of admonition and consolation to Katerina Ivanovna on leaving.
Священник отступил и, уходя, обратился было сказать два слова в напутствие и утешение Катерине Ивановне.
"What am I to do with these?" she interrupted sharply and irritably, pointing to the little ones.
- А куда я этих-то дену? - резко и раздражительно перебила она, указывая на малюток.
"God is merciful; look to the Most High for succour," the priest began.
- Бог милостив; надейтесь на помощь всевышнего, - начал было священник.
"Ach!
- Э-эх!
He is merciful, but not to us."
Милостив, да не до нас!
"That's a sin, a sin, madam," observed the priest, shaking his head.
- Это грех, грех, сударыня, - заметил священник, качая головой.
"And isn't that a sin?" cried Katerina Ivanovna, pointing to the dying man.
- А это не грех? - крикнула Катерина Ивановна, показывая на умирающего.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1