StudyEnglishWords

5#

Три мушкетера. Часть вторая. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Три мушкетера. Часть вторая". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 555 книг и 1797 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 194 из 310  ←предыдущая следующая→ ...

"For all my tears, my cares,
Для горьких слез, для трудной битвы,
My exile, and my chains,
Для заточенья и цепей
I have my youth, my prayers,
Есть молодость, есть жар молитвы,
And God, who counts my pains."
Ведущей счет дням и ночам скорбей.
Her voice, of immense power and sublime expression, gave to the rude, unpolished poetry of these psalms a magic and an effect which the most exalted Puritans rarely found in the songs of their brethren, and which they were forced to ornament with all the resources of their imagination.
Голос миледи, на редкость полнозвучный и проникнутый страстным воодушевлением, придавал грубоватым, неуклюжим стихам псалма магическую силу и такую выразительность, какую самые восторженные пуритане редко находили в пении своих братьев, хотя они и украшали его всем пылом своего воображения.
Felton believed he heard the singing of the angel who consoled the three Hebrews in the furnace.
Фельтону казалось, что он слышит пение ангела, утешающего трех еврейских отроков в печи огненной.
Milady continued:
Миледи продолжала:
"One day our doors will ope, With God come our desire; And if betrays that hope, To death we can aspire."
Но избавленья час настанет
Для нас, о всеблагой творец!
И если воля нас обманет,
То не обманут смерть и праведный венец.
This verse, into which the terrible enchantress threw her whole soul, completed the trouble which had seized the heart of the young officer.
He opened the door quickly; and Milady saw him appear, pale as usual, but with his eye inflamed and almost wild.
Этот стих, в который неотразимая очаровательница постаралась вложить всю душу, довершил смятение в сердце молодого офицера; он резким движением распахнул дверь и предстал перед миледи, бледный, как всегда, но с горящими, блуждающими глазами.
"Why do you sing thus, and with such a voice?" said he.
— Зачем вы так поете, — проговорил он, — и таким голосом?
"Your pardon, sir," said Milady, with mildness.
"I forgot that my songs are out of place in this castle.
— Простите, — кротко ответила миледи, — я забыла, что мои песнопения неуместны в этом доме.
I have perhaps offended you in your creed; but it was without wishing to do so, I swear.
Я, может быть, оскорбила ваше религиозное чувство, но, клянусь вам, это было сделано без умысла!
Pardon me, then, a fault which is perhaps great, but which certainly was involuntary."
Простите мою вину, быть может и большую, но, право же, невольную…
Milady was so beautiful at this moment, the religious ecstasy in which she appeared to be plunged gave such an expression to her countenance, that Felton was so dazzled that he fancied he beheld the angel whom he had only just before heard.
Миледи была так прекрасна в эту минуту, религиозный экстаз, в котором, казалось, она пребывала, придавал такое неземное выражение ее лицу, что ослепленному ее красотой Фельтону почудилось, будто он видит перед собой ангела, пение которого он только что слышал.
"Yes, yes," said he; "you disturb, you agitate the people who live in the castle."
— Да, да… — ответил он. 
— Да, вы смущаете, вы волнуете людей, живущих в замке…
The poor, senseless young man was not aware of the incoherence of his words, while Milady was reading with her lynx's eyes the very depths of his heart.
Бедный безумец сам не замечал бессвязности своих слов, а миледи между тем зорким взглядом старалась проникнуть в тайники его сердца.
"I will be silent, then," said Milady, casting down her eyes with all the sweetness she could give to her voice, with all the resignation she could impress upon her manner.
— Я не буду больше петь, — опуская глаза, сказала миледи со всей кротостью, какую только могла придать своему голосу, со всей покорностью, какую только могла изобразить своей позой.
"No, no, madame," said Felton, "only do not sing so loud, particularly at night."
— Нет, нет, сударыня, — возразил Фельтон, — только пойте тише, в особенности ночью.
скачать в HTML/PDF
share