5#

Три мушкетера. Часть вторая. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Три мушкетера. Часть вторая". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 760 книг и 2198 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 30 из 310  ←предыдущая следующая→ ...

"The devil! my dear Aramis," said d'Artagnan, "if these are the prunes that are sent to you from Tours, I beg you will make my compliments to the gardener who gathers them."
— Ого!
Черт возьми! — сказал д'Артаньян. 
— Если эти сливы присланы вам из Тура, милый Арамис, то прошу вас, передайте мое восхищение садовнику, который вырастил их.
"You are mistaken, friend d'Artagnan," said Aramis, always on his guard; "this is from my publisher, who has just sent me the price of that poem in one-syllable verse which I began yonder."
— Вы ошибаетесь, друг мой, — возразил Арамис, как всегда скрытный, — это мой издатель прислал мне гонорар за ту поэму, написанную односложными стихами, которую я начал еще во время нашего путешествия.
"Ah, indeed," said d'Artagnan.
— Ах, вот что! — сказал д'Артаньян. 
"Well, your publisher is very generous, my dear Aramis, that's all I can say."
— Что ж, ваш издатель очень щедр, милый Арамис.
Это все, что я могу вам сказать.
"How, monsieur?" cried Bazin, "a poem sell so dear as that!
— Как, сударь, — вскричал Базен, — неужели за поэмы платят столько денег?
It is incredible!
Быть этого не может!
Oh, monsieur, you can write as much as you like; you may become equal to Monsieur de Voiture and Monsieur de Benserade.
О сударь, значит, вы можете сделать все, что захотите!
Вы можете стать таким же знаменитым, как господин де Вуатюр или господин де Бенсерад.
I like that.
Это тоже мне по душе.
A poet is as good as an abbe.
Поэт — это лишь немногим хуже аббата.
Ah!
Monsieur Aramis, become a poet, I beg of you."
Ах, господин Арамис, очень прошу вас, сделайтесь поэтом!
"Bazin, my friend," said Aramis,
"I believe you meddle with my conversation."
— Базен, — сказал Арамис, — мне кажется, что вы вмешиваетесь в разговор, друг мой.
Bazin perceived he was wrong; he bowed and went out.
Базен понял свою вину; он опустил голову и вышел из комнаты.
"Ah!" said d'Artagnan with a smile, "you sell your productions at their weight in gold.
— Так, так, — с улыбкой сказал д'Артаньян. 
— Вы продаете свои творения на вес золота — вам очень везет, мой друг.
You are very fortunate, my friend; but take care or you will lose that letter which is peeping from your doublet, and which also comes, no doubt, from your publisher."
Только будьте осторожнее и не потеряйте письмо, которое выглядывает у вас из кармана.
Оно, должно быть, тоже от вашего издателя.
Aramis blushed to the eyes, crammed in the letter, and re-buttoned his doublet.
Арамис покраснел до корней волос, глубже засунул письмо и застегнул камзол.
"My dear d'Artagnan," said he, "if you please, we will join our friends; as I am rich, we will today begin to dine together again, expecting that you will be rich in your turn."
— Милый д'Артаньян, — сказал он, — давайте пойдем к нашим друзьям.
Теперь я богат, и мы возобновим наши совместные обеды до тех пор, пока не придет ваша очередь разбогатеть.
"My faith!" said d'Artagnan, with great pleasure.
— С большим удовольствием! — ответил д'Артаньян. 
"It is long since we have had a good dinner; and I, for my part, have a somewhat hazardous expedition for this evening, and shall not be sorry, I confess, to fortify myself with a few glasses of good old Burgundy."
— Мы давно уже не видели приличного обеда.
К тому же мне предстоит сегодня вечером довольно рискованное предприятие, и, признаться, я не прочь слегка подогреть себя не сколькими бутылками старого бургундского.
"Agreed, as to the old Burgundy; I have no objection to that," said Aramis, from whom the letter and the gold had removed, as by magic, his ideas of conversion.
— Согласен и на старое бургундское.
Я тоже ничего не имею против него, — сказал Арамис, у которого при виде золота как рукой сняло все мысли об уходе от мира.
And having put three or four double pistoles into his pocket to answer the needs of the moment, he placed the others in the ebony box, inlaid with mother of pearl, in which was the famous handkerchief which served him as a talisman.
И, положив в карман три или четыре двойных пистоля на насущные нужды, он запер остальные в черную шкатулку с перламутровой инкрустацией, где уже лежал знаменитый носовой платок, служивший ему талисманом.
скачать в HTML/PDF
share