StudyEnglishWords

5#

Три мушкетера. Часть вторая. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Три мушкетера. Часть вторая". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 389 книг и 1726 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 48 из 310  ←предыдущая следующая→ ...

In an instant d'Artagnan perceived that the best way in which he could act would be to go home and write Milady a long letter, in which he would confess to her that he and de Wardes were, up to the present moment absolutely the same, and that consequently he could not undertake, without committing suicide, to kill the Comte de Wardes.
На секунду д'Артаньян понял, что лучшим выходом для него было бы вернуться домой, написать миледи длинное письмо и признаться, что он и де Вард были до сих пор одним и тем же лицом и что, следовательно, убийство де Варда было бы для него равносильно самоубийству.
But he also was spurred on by a ferocious desire of vengeance.
He wished to subdue this woman in his own name; and as this vengeance appeared to him to have a certain sweetness in it, he could not make up his mind to renounce it.
Но и его тоже подстегивала свирепая жажда мести; ему хотелось еще раз обладать этой женщиной, уже под своим собственным именем, и, так как эта месть имела в его глазах известную сладость, он был не в силах от нее отказаться.
He walked six or seven times round the Place Royale, turning at every ten steps to look at the light in Milady's apartment, which was to be seen through the blinds.
It was evident that this time the young woman was not in such haste to retire to her apartment as she had been the first.
Пять или шесть раз обошел он Королевскую площадь, оборачиваясь через каждые десять шагов, чтобы посмотреть на свет в комнатах миледи, проникавший сквозь жалюзи; сегодня миледи не так торопилась уйти в спальню, как в первый раз, это было очевидно.
At length the light disappeared.
Наконец свет погас.
With this light was extinguished the last irresolution in the heart of d'Artagnan.
He recalled to his mind the details of the first night, and with a beating heart and a brain on fire he re-entered the hotel and flew toward Kitty's chamber.
Вместе с этим огоньком исчезли последние следы нерешительности в душе д'Артаньяна; ему припомнились подробности первой ночи, и с замирающим сердцем, с пылающим лицом он вошел в особняк и бросился в комнату Кэтти.
The poor girl, pale as death and trembling in all her limbs, wished to delay her lover; but Milady, with her ear on the watch, had heard the noise d'Artagnan had made, and opening the door, said,
Бледная как смерть, дрожа всем телом, Кэтти попыталась было удержать своего возлюбленного, но миледи, которая все время прислушивалась, услыхала, как вошел д'Артаньян, и отворила дверь.
"Come in."
— Войдите, — сказала она.
All this was of such incredible immodesty, of such monstrous effrontery, that d'Artagnan could scarcely believe what he saw or what he heard.
Все это было исполнено такого невероятного бесстыдства, такой чудовищной наглости, что д'Артаньян не мог поверить тому, что видел и слышал.
He imagined himself to be drawn into one of those fantastic intrigues one meets in dreams.
Ему казалось, что он стал действующим лицом одного из тех фантастических приключений, какие бывают только во сне.
He, however, darted not the less quickly toward Milady, yielding to that magnetic attraction which the loadstone exercises over iron.
Тем не менее он порывисто бросился навстречу миледи, уступая той притягательной силе, которая действовала на него, как магнит действует на железо.
As the door closed after them Kitty rushed toward it.
Дверь за ними закрылась.
Кэтти бросилась к этой двери.
Jealousy, fury, offended pride, all the passions in short that dispute the heart of an outraged woman in love, urged her to make a revelation; but she reflected that she would be totally lost if she confessed having assisted in such a machination, and above all, that d'Artagnan would also be lost to her forever.
Ревность, ярость, оскорбленная гордость, все страсти, бушующие в сердце влюбленной женщины, толкали ее на разоблачение, но она погибла бы, если бы призналась, что принимала участие в подобной интриге, и, сверх того, д'Артаньян был бы потерян для нее навсегда.
скачать в HTML/PDF
share